Пропавшие без вести

Его направили в группу, которая занималась исследованиями опыта войны. Он понял, что это услуга Рокотова.

Рокотов лучше врачей почувствовал за него, что главное исцеление может ему принести только труд, активная жизнь.

Генералу, заместителю начальника группы, которому было поручено ввести Балашова в курс и метод работы, Балашов сказал о том, что он кое-что пишет по прошлогоднему опыту осенней кампании, что, в сущности, он почти подготовлен к докладу и думает, что имело бы смысл этот доклад заслушать без длительных проволочек.

Генерал не то чтобы усмехнулся, скорее значительно откашлялся и возразил:

— Вот вы, товарищ генерал, как я мог подметить, все нажимаете на ошибки, на промахи. А не думаете ли вы, что на ошибках учиться — это значит в какой-то мере оправдывать эти ошибки, придавая им положительное значение, значение опыта? Хоть с отрицательным знаком, а все-таки в самый фундамент опыта класть ошибку.

— Но ведь Ленин нас учит… — начал Петр Николаевич.

— Простите, что Ленин сказал об ошибках и о методе их исправления, это я знаю, — перебил генерал. — Партия и Верховное командование именно и подошли по-ленински. Потому-то и изжиты ошибки. Сейчас возвращаться к ним нет никакого практического резона. Наши ошибки, вызванные историческим фактором внезапности нападения, будут интересны потом, для историков. А в данный момент мы не имеем права отрываться от практики, от сегодняшних, совершенно практических наших задач… Ведь идет же война!.. Противник уже потрепан, это не прошлогодний фашист со свежими силами. И подходить к нему следует диалектически.

Собеседник Балашова, бравый, здоровый, подтянутый, крепко надушенный после бритья, со следами пудры на щеках и тщательно выбритом крутом подбородке, курил какую-то душистую и крепкую папиросу, в синеватом дыму которой, сверкая, плавал весь дорогой кабинет, где велся их разговор. Некурящего Балашова слегка замутило от этого сладковатого, ароматного дыма.

— Если бы мы после осенней кампании не имели огромной победы, вы были бы правы, — продолжал генерал. — Более свежий положительный опыт должен лечь в основу дальнейших сражений… Я полагаю, что вы, как и все другие участники нашей работы, могли бы лучше осмыслить стоящие перед нами задачи, именно изучая положительный опыт нашей зимней кампании…

И генерал предложил Балашову ознакомиться с планом уже намеченных докладов.

Балашов убедился, что ему не дождаться включения в план своей работы.

— Главное командование ориентирует высший командный состав на изучение опыта наступательных операций. Моральное состояние армии после наших побед и наше техническое оснащение позволяет нам быть уверенными, что так и пойдут события.

Балашову было что возражать, но он удержался.