Пропавшие без вести

Сейчас Иван разглядел, что у этого лейтенанта темные, как владимирские вишни, глаза и детский вздернутый нос.

С предмостной возвышенности было видно, что на том берегу, за мостом, продолжается тот же сумбур: все катится к югу через поля, через дорогу, канавы, овраги, в клубах желтого, черного, розовато-серого дыма. Десятки фашистских штурмовиков с воздуха хлещут бегущих свинцом, а с севера и востока им в спины рушится яростный огонь минометов…

— Ложись! — раздалась команда Баграмова.

Иван упал на траву прибрежного косогора. Его слегка затошнило, будто от сильной морской качки. Холодная капля ртути, зародившись где-то в крестце, поднималась тоскливой щекоткой по его позвоночнику, проползла меж лопаток и подошла к голове; она остановилась в затылке и, как червяк орешинку, стала сверлить мозжечок… Иван слышал и чувствовал только эту тяжелую, жидкую, холодную каплю, которая лишала его способности мыслить. Да еще ощущал он какие-то равномерные и дребезжащие толчки, не понимая, что это гудит в шейной артерии его собственная кровь, напряженно бросаясь в голову по спазматически сжимающимся сосудам.

Картина растерянности и отчаяния, которая развернулась на том берегу, влекла поддаться стремлению этой людской лавины — вскочить и бежать. На юг? Не все ли равно! Вероятно, туда все течет потому, что фашистские танки прорвались с севера. Бежать туда, куда мчатся все, влекло неодолимое чувство стадности.

— Приказа взорвать мост у охраны нет, — услыхал Иван словно откуда-то издалека дошедшие до него слова лейтенанта с глазами-вишнями.

Этот голос был так же тверд, как и ночью.

— Какого приказа? Там же фашисты! — воскликнул Баграмов. — Танки ворвутся на этот берег, так всех передавят!

— А кто вы такие? Как ваше звание? Почему вы без знаков различия? — настаивал лейтенант, такой же подтянутый, дисциплинированный, уверенный, как был той ночью. — Как я могу вам поверить?!

— Ты сам смотри, что творится, — вмешался политрук Климов. — Фашистские танки там! — он сунул бинокль лейтенанту. — Значит, приказа больше оттуда тебе не ждать. Так ты головой и работай: надо тот берег отрезать от этого. Ясно?

— Ясно, — согласился лейтенант. — А хватит нас продержаться, пока подготовим взрыв?

— За подкреплением пошлем в штаб полка. Тут недалеко, — ответил Климов.

Слушая их голоса, Иван отрезвел. Паника была побеждена этими людьми, настоящими воинами. Они видели в бинокль фашистские танки, видели, что творится на том берегу, но сами не растерялись и только думают, хватит ли роты бойцов для отражения первой атаки…

Вот, значит, оно пришло и его, Ивана, время сражаться!..

— Товарищи командиры, занять оборону для отражения противника от переправы! Биться насмерть! — приказал политрук.