Пропавшие без вести

На северной окраине Вязьмы сверкали разрывы мин и снарядов. Видимо, там уже по-настояшему разгорелся бой. Два раза уже донеслось оттуда многоголосое, протяжное «ура». Можно было предположить, что силы фашистов оттянуты ополченцами в том направлении.

— Начинайте! — приказал Балашов.

Чебрецов передал по телефону приказ. Красная ракета взвилась где-то недалеко в тылу, и тотчас же над КП полка загудели разом десятки снарядов и мин, проходя на Вязьму, и начали рваться в районе, из которого до этого разведчики засекли стрельбу по вокзалу.

Подавленные ураганным огнем разом нескольких батарей, фашисты как онемели.

Царевич поднял бойцов в наступление. Но едва позади первой цепи остался исходный рубеж, как у немцев все снова ожило — вдоль южной окраины Вязьмы взвились ракеты и осветили западные подступы к городу, которые при строительстве укреплений были нарочито оставлены открытыми и удобными для обстрела.

Среди наступающих начали рваться крупные мины, а над их головами лопалась сразу всюду шрапнель. Пулеметы фашистов залились неистовым треском. Красные и зеленые нити пулеметных трасс с разных сторон впились в наступавших. Над окопом КП засвистали пули.

— Откуда же у них столько огня? Что за черт? — проворчал Балашов. — Не может воздушный десант иметь столько орудий.

Чебрецов и Бурнин недоуменно молчали.

Полк сообщал о потерях, но и без того было видно при свете ракет, как тают ряды наступающих.

Балашов снял каску и рукавом шинели отер потный лоб.

— Сядьте! Каску наденьте! — крикнул ему Бурнин, позабыв о званиях.

— Поддержку пора им дать, товарищ Царевич, — будто не слыша его, сказал Балашов — Расколотят без смысла, видите сами! Высылайте поддержку.

Царевич подал сигнал о выступлении второго эшелона.

— Коммунистов вперед, коммунистов! — подсказал Чебрецов. — Где твой политсостав?

— Там, — махнул комиссар Уманис в сторону наступавших.

— Люди отлично идут, зачем гнать вперед коммунистов! Привыкли — вперед да вперед. В два дня перебьешь всех своих коммунистов! — остановил Балашов.

Подбодренные свежим кличем «ура», который раздался с исходных позиций, наступающие бойцы еще решительнее ринулись на преодоление последних метров открытой местности. Вот-вот они ворвутся в улицу, в городские строения, в дома и развалины, которые станут служить им опорой…

— А теперь, товарищ командующий, пора, я считаю, и тот батальон, резервный, — сказал Чебрецов.

— Пора, — коротко принял этот совет генерал.