Пропавшие без вести

 — Кустами-то безопаснее…

Они спустились по тропке и теперь шли вдвоем, как охотники по лесу, незаметно уйдя под глубокую кручу, заросшую древними стволами, кустарником и проволглую вековой студеной влагой ключей.

Наверху по краю лощины, должно быть по пешеходной тропке, проезжали мотоциклисты.

— Немцы! — шепнул Логин.

Иван побледнел от волнения, вскинул было винтовку, но старик предостерегающе положил ладонь на ее ствол.

— У них пулеметы на мотоциклах! — хрипло сказал он.

Они затаились в кустах, осторожно выглядывая, пока весь отряд в десяток машин прокатил над ними.

— А, скажем, они бы сами заметили нас да стали стреливать? — снова начал повеселевший Иван. — Я бы перестрелку. А ты что? Руки поднял бы?

— Я бы тоже вел перестрелку. «ТТ» при мне, — пояснил Логин.

— Пистолет? Откуда же он у тебя?

— Командира убили — я взял. Не пропадать ему, верно?

— Верно-то верно, а не по званию он тебе, — сказал Иван. — И не к лицу. Какой из тебя командир? Шинель не по росту, как все равно украл, каска сидит на тебе как котел…

— И что ты меня донимаешь, старший! — раздраженно сказал Логин.

— Командир отделения тебя не так еще донимал бы! Да ты, отец, не обижайся. Я вижу, что ты человек хороший… Вот выйдем к своим…

Иван не закончил фразы.

Молодой рыжеголовый боец-богатырь, без каски и без пилотки, со светлыми голубыми глазами, будто вырос из-под куста.

— Видали, ребята, фашисты-то поверху покатили? — сказал он шепотом, словно мотоциклисты могли и сейчас еще услыхать его.

— И ты видал? — вопросом же отозвался Иван.

— Ездят, сукины дети! — продолжал боец. — Нехорошо одному-то их встретить! Ты, старший сержант, дозволь уж мне с вами. А то вы бойцов растеряли…

— А ты командиров своих растерял? — спросил Иван.

— А я командиров, — просто согласился красноармеец.

— Как же ты командиров-то растерял? — усмехнулся угрюмый старик.

— А так же! — живо пояснил рыжий. — Как танки пошли — кто куды! Лежу в окопе один. А он смурыжит поверху, землей-то всего засыпал, чуть что не по горбу меня трет, а достать меня все же не смог. И дальше пошел, даже не глянул… Ведь бывает, братцы, лягушку задавишь нечайно в траве — и то поглядишь, пожалеешь: мол, эк тебя черт подвернул, пучеглазую, под сапог! А он дальше пошел без оглядки… Эх, думаю, мне бы бутылку сейчас!.. Дак что бы вы, братцы, думали? Гляжу — вот рытый след от гусеницы остался, а вот две бутылки целехонькие рядом…

— Кинул? — спросил Иван, уже в полной уверенности, что этот малый не мог сплоховать.

— Еще бы! Он соседний окоп навалился смурыжить да боком, сволочь, и топчет и топчет людей. Стоны, крик… Так мне сердце рвануло… Схватил я бутылку, вбежки к нему выбежал, да как дам, да как дам одну за другой об него…

— А дальше? — спросил Иван.