Веселый Роджер – знамя вора

Берег, еще минуту назад пустынный, теперь был полон набежавшего народа. Сомалийцы что-то кричали, показывали руками на тонущую лодку. И только сейчас Джон рассмотрел, как поверхность воды резанул, стремительно взрезая, косой акулий плавник. Рыба, предчувствуя гибель лодки, а вместе с ней и человека, находившегося в ней, плавала вокруг, приближаясь к лодке. Через какую-то минуту лодка окажется под водой, и человек останется наедине с акулой.

Рядом показался еще один плавник, за ним с противоположной стороны лодки вынырнул третий – столь же зловещий. Казалось, что к месту гибели лодки собрались хищники со всего Аденского залива. Погружаясь в воду, старик с ужасом наблюдал за окружавшими его акулами.

Кто-то пальнул с берега, очевидно, надеясь отпугнуть акул. Толпа, стоявшая на берегу, будто оцепенела, наблюдая за кружащимися близ лодки акулами. Вот неожиданно собравшиеся колыхнулись, из самой середины толпы выскочили три сомалийца. Подбежав к лодке, лежавшей на песчаной отмели, они быстро стащили ее в воду. Взревел могучий мотор, и лодка лихо устремилась на помощь к старику.

Надувная лодка старика, набрав воды, глубоко просела и стала быстро тонуть, увлекая его за собой. Через секунду он оказался в воде, беспомощно захлопав по поверхности узкими ладонями. В какой-то момент показалось, что акулы оторопели от неожиданного дара, – плавники их словно застыли на поверхности воды. Но они всего лишь выбирали момент для атаки: в следующую минуту вода вокруг лодки вспенилась, старик отчаянно закричал, вскинув руки, а потом будто какая-то невероятная сила потянула его вниз. И над местом, где еще недавно была его голова, запузырилась красная вода.

Акулы, опьянев от крови, закружились в лихом танце смерти, разрывая человека на части: то выныривали на поверхность, подставляя для обозрения свои темные спины, а то открывали пасти, обнажая могучие челюсти, а то вдруг погружались в пучину, хлопая по воде мощными хвостами.

Все закончилось так же неожиданно, как и началось. Уже через минуту ничего не говорило о том, что в двухстах метрах от берега разыгралась еще одна человеческая трагедия: не было ни лодки, ни старика. И уж тем более не видно было акул, невесть откуда появившихся и так же неожиданно сгинувших. Подрулившая к этому месту лодка остановилась. Сомалийцы принялись разглядывать потревоженную гладь, словно надеялись на чудесное спасение соплеменника, но когда стало ясно, что ему никогда уже не всплыть, запустили двигатель и заторопились к берегу.

Соплеменники плотно обступили Юсуфа Ахмеда и что-то громко кричали, энергично размахивая руками. Помрачневший, с застывшим лицом, он будто каменное изваяние выслушивал разгневанных соплеменников, именно в этот момент им принималось решение.