Веселый Роджер – знамя вора

Сомалийцы, встречавшиеся на его пути, подобно маленьким лодчонкам перед могучим фрегатом, спешили отскочить в сторону, почтительно раскланиваясь. Вне всякого сомнения, он действительно был крупной фигурой, и дело тут было не только в его гигантских размерах. Этакий Черный Роджер здешних заливов…

На песчаном берегу лежала длинная надувная лодка десантного образца, на ее корме был закреплен мотор «Ямаха». Такая лодка способна угнаться за любым кораблем. У лодки стоял высокий тощий старик, а густая седая борода лишь только подчеркивала его невероятную худобу.

Юсуф Ахмед что-то сказал ему, и тот энергично закивал, показывая на корабль, стоящий в миле от берега. Подошло еще несколько мужчин, перемолвившись короткими фразами, они дружно взялись за борта лодки и поволокли ее к воде. Затем старик довольно проворно, несмотря на свою невероятную худобу и возраст, запрыгнул в лодку и запустил двигатель.

Лодка, круто развернувшись, высоко задрала нос и направилась к судну, стоявшему неподалеку от берега.

– Куда это он заторопился? – удивленно спросил Джон Эйрос, глядя на удаляющуюся лодку.

– Вы же хотели посмотреть, как происходит передача денег… пиратам?

– Вот сейчас это и произойдет. Обычно мы отправляем за деньгами старейшего из племени. Так заведено. У нас такое поверье, деньги любят старых, от молодых они убегают. Вы так не считаете? – прищурился Юсуф Ахмед, посмотрев на Джона.

– Мне приходилось видеть и молодых людей, которые были очень богаты, – сдержанно возразил Джон.

– Значит, эти люди отмечены поцелуем бога! – серьезно отозвался сомалиец.

Джон Эйрос давно успел заметить, что отношение к деньгам у сомалийцев было таким же серьезным, как к таинственному богу Вуду. Достаточно пробыть здесь всего лишь день, чтобы понять: этот африканский уголок заражен прибавочной стоимостью не меньше, чем Соединенные Штаты.

Неожиданно прозвучал какой-то хлопок. Лодка как будто бы сразу подсела, сбавив скорость.

– Что за дьявол! – выкрикнул Юсуф Ахмед.

Потеряв скорость, лодка стойко боролась за выживание, через сдувающиеся борта ее стала захлестывать волна. Двигатель, оказавшийся в воде, зачихал и скоро заглох, и теперь, подобно камню, тащил лодку на дно.

– Господи, в лодку стреляли! – высказался Мунк.

– С корабля. Там снайпер.

От прежнего добродушия не осталось и следа: огромный, с полыхающими от ярости глазами, Юсуф Ахмед выглядел страшно и был настоящим воплощением беды. В эту минуту вряд ли отыскался бы желающий встать у него на пути: он подмял бы его под себя, даже не заметив.

Лодка уже наполовину погрузилась в море, и мотор продолжал тянуть ее в глубину. Старик, уцепившись за борта, переходил из одного конца лодки в другой, пытаясь удержать ее на плаву.