Терновый венец

Иногда ее беспокоило, как легко полуночная магия брала вверх над рассветной, иногда это казалось вполне закономерным. Черный лист закрасить белым куда сложней, а строить тяжелее, чем разрушать. Порой казалось, в мире нет никакого пресловутого баланса, и тьма, и хаос всегда сильнее.

Ей, Морриган Блэр, дано разрушать. И бояться не мрака, но света.

– Извини, – процедила она.

– Нет, все в порядке. Вернее, я в порядке. А ты?

Звучало глупо и по-детски, но смеяться совсем не хотелось. Легкие заполнял запах полыни, оголенную кожу рук обдувал легкий ветерок, а мгновение спустя Морриган ощутила и прикосновение теплых пальцев. Файоннбарра мягко помог ей подняться. Она прятала от него глаза. Стыд за собственную слабость жег щеки.

– Все нормально. В первый раз такое бывает со всеми."

"– Я не все, – отрезала она. И все же Госпожа Ночь ее и неведомых «всех» сравняла. – Я попытаюсь еще раз.

– Мор…

Она предостерегающе вскинула палец.

– Даже не думай меня отговаривать. Не выйдет, ясно?

– Ладно, фурия, – неожиданно тепло улыбнулся Файоннбарра. Легонько сжал ее плечо, заслужив удивленный взгляд. – Просто помни: я рядом. А ты по-прежнему Морриган Блэр, и никто этого у тебя не отнимет. Никакие чары не способны отнять у тебя твою сущность.

– Ты знаешь, кто я?

Файоннбарра, покраснев, как мальчишка, отвел взгляд.

– Выведал у Дэмьена.

– О… – красноречие Морриган на том себя исчерпало. Она выдохнула: – Я готова.

Кивнув, колдун ночи снова произнес воззвание и накинул на ее плечи прирученную тень. Знаки на невидимом для остальных теле снова зажглись серебром.

Все повторилось. Ощущение пустоты в теле и себя – вместо пустоты. Страх, заполняющий каждую клеточку несуществующей плоти. Морриган тонула в океане страха, что к себе прежней ей уже не вернуться.

Слова Файоннбарры стали ее маяком.

«Ты – Морриган Блэр, и никто этого у тебя не отнимет».

Она вдохнула в себя ужас, представляя его роем черных мотыльков. А затем – поглотила, перемолола в пыль.

Приняв себя новую, Морриган нырнула в отбрасываемую домами тень, слилась с ней, стала ее частью, ее продолжением. Разделяющее их с домом прозектора расстояние она преодолела за какие-то доли секунды. Будь у нее тело, затошнило бы. Закрывшаяся за спиной прозектора дверь не стала для нее помехой – Морриган с легкостью проникла в щель. Скользя из тени в тень, что обитали внутри дома, добралась до прозектора и просочилась в его тень. И растворилась в ней.

Она смотрела на дряблую старческую кожу под странным углом – снизу вверх, словно уподобилась одному из тел, с которыми прозектор работал в Доме Смерти. Потребовалось некоторое усилие, чтобы изменить взгляд на окружающее пространство. ведь у Морриган не было органов зрения. Как и органов в целом.