Княжий венец

И для купания. Ополоснешься после мытья. Вот тут, – кивнула на маленький горшочек – мыльный корень с водой. Всю грязь смоет. Так что? Рискнешь или так и будешь вокруг своих желаний ходить? – хитро посмотрела старуха, тряхнув седыми космами.

- Не понимаю о чем ты, уважаемая.

- А себе врать – дело последнее. Иди, милая, искупайся. Может в голове и на сердце прояснится, - с кряхтением присела на лавку, отложив клюку.

Едва только девушка нырнула в печь, старуха подскочила с лавки и схватив приготовленные ингредиенты начала готовить все для наговора. Многим помочь не могла – силы не те. Но хоть как-то…"

"В странном, непривычном месте Тамирис намылась власть. Запах влажного сена, которым был выстелен «пол», смешивался с ароматом отваров и мыльного корня. Девушка с наслаждением промыла волосы, потом и тело задышало чистотой. Отвары старухи, которыми она облилась в конце – придали легкость, в голове царила легкая эйфория. Вынырнув из печи, Тамирис обернулась приготовленным полотенцем.

- Ну как? – с хитринкой спросила знахарка.

- Будто заново родилась. Спасибо.

- А то! В печи для девки купаться – самое лучшее. Ничто злое не прилипнет, как по дороге из бани. Не откажи уж и в еще одном. Настой приготовила для тебя. Испей, чтоб Тьма сегодня не утянула.

Тамирис приняла из рук горячую кружку. Вдохнула густой травяной аромат.

- Ты и такое можешь?

- Не особо много могу. Чуть в сон тебя клонить будет – не более. Но частить с этим зельем нельзя. Это только для сегодня, потому как больно много ты сил отдала. Сама знаешь – не менее чем на сутки увело бы. А сейчас время поджимает, нельзя его терять на сон беспробудный.

- А что там еще? Сила твоя?

- Нешто чувствуешь? Ишь какая. Наговор там для силушки и удачи. Не бойся, девка, худого не сделаю. А что тяжко тебе, знаю не понаслышке: богине смерти много лет служила. Тяжело Тьму на плечах носить.

Подумала Тамирис, к себе прислушалась. От старухи действительно не чувствовалось угрозы. И печать Темной богини лежала над головой.

- Ты говоришь, что в прошлом служила богине. Тогда почему я вижу ее серп над тобой?

- Сейчас не служу. Но на погост до сих пор провожаю, чтобы было все честь по чести. Некому больше. А силы у меня – жалкие крохи, только знания остались. Пей скорее, а то бешеный твой заждался. Не ровён час – прибежит.

При упоминании неугомонного десятника щеки Тамирис вспыхнули.

- Не мой он. Соратники мы, - отхлебнула крепкого отвара с медом, чтоб лишнего не сболтнуть.

- Ну-ну. Тогда, упрямая, погодь – еще одно сделаю.

Старуха, позабыв про клюку, подскочила с лавки. Ловко достала из печи три уголька.

- Вот туточки у меня вода «непитая», – пробормотала себе под нос.

- Какая?

- Токмо с колодца. Не пил еще никто.