Следствие ведут знатоки

Ты мой всегда маленький сыночка… Вот эту помидорку мы сейчас раз…

Коля издали посматривает на семейную идиллию:

— От рождения такой?

— Может, от пожара.

Коля явно не понимает, о чем речь.

— Не в курсе? Патрон, можно сказать, подвиг совершил, а ты не в курсе! — Крушанский рад рассказать ему о Ковале. — Ты знаешь хоть, что за человек он был?

— Знаю, крупный.

— Не то слово. Гигантский человек! Хозяин снабжения половины Севера. Бывало, у нас в любом президиуме — Коваль.

— Пострадал, выходит, от перестройки?

— Это она пострадала, что без Коваля осталась. И без нас с тобой тоже.

— Ну а подвиг?"

"— Мишеньку из огня вынес. Барак загорелся, уже крыша рухнула.

— В зоне?

— Нет, Люба уже на поселении жила. Под Ковалем и зэки работали, и вольнопоселенцы. Очень его уважали. А уж после этого случая, сам понимаешь.

— Крушанский, за что она все-таки сидела?

Тот прикладывает палец к губам:

— Ни одна душа не знает.

— Батюшки, кто приехал! — слышится возглас Хомутовой.

Миша с радостным мычанием бросается навстречу Ковалю. Тот гладит его по голове, дарит конфеты и игрушку.

— Полгода не видел — и помнит! — поражается Хомутова. — Умница моя!

Однако Мишины ласки затягиваются, и Коваль дает понять взглядом, что есть разговор.

— Поиграйте с Мишенькой, — просит Хомутова «псов», прибывших с патроном.

Они отвлекают ребенка какими-то кунштюками и уводят. Доносится его смех.

— Такой всегда радостный, такой веселый, — улыбается мать.

— Он по-своему счастлив.

— Ну конечно же! — Для Хомутовой это настолько самоочевидно, что ее даже удивляет высказывание Коваля. — Конечно! И никогда не узнает, какая она, жизнь… какие люди. Он счастливей всех!

Под мышкой Коваль держит книгу и теперь протягивает ее Хомутовой. «Технология производства пеньковых канатов», — озадаченно читает она название.

— Пеньку делают из конопли, Любушка, — торжественно сообщает Коваль.

Хомутовой долго объяснять не надо.

— Сырье круглый год!

— Главное — не зависеть от производства на местах. Будем сами диктовать цены. Я присмотрел для начала уютную фабрику. Еще увидишь: выйдем на мировой рынок!

…Крушанский подходит к стрельбищу.

— Позвольте попробовать, — говорит он «мальчикам» и берет пистолет с глушителем. — Нажимать здесь?

И всаживает пулю за пулей почти без разброса в «сердце» мишени.

… — Бать, я пройдусь? — спрашивает скучающий дома Вася.

Морда складывает кукиш.

— Я тебе пройдусь! — и вздрагивает: — В ворота стучат!

С террасы торопливо входит другой Морденок.

— Машина чья-то, — извещает он.

Присутствующие в комнате переглядываются. Чувствуется, что дом на осадном положении.

— Мать в подвал! — распоряжается Морда.

— Погоди, бать, взгляну, — вызывается Вася.