Ведун. Книги 1-18

Он так просто своей палкой-то махаться не станет.

— Дык и мечом просто так никто не машет. Посему амулетку-то ты завсегда под броню припрячь. И щит не токмо от железа, но и от глаза нехорошего заговори.

Дорога сделала крутой поворот и неожиданно уперлась в тупик. Прямо под ногами начинался крутой обрыв, изредка поросший кустарником. Олег спешился и осторожно глянул вниз. Далеко внизу плескались темные воды широкой реки. Резкий порыв ветра, хлестнувший ведуна по лицу, принес их тихое журчание. Но нигде поблизости не наблюдалось ни моста, ни удобного съезда.

Рядом с Олегом встал Радул, окинул окрестности цепким взглядом.

— Что скажешь, волхв? Есть здесь брод недалече?

— Где это видано, чтобы дорога в стороне от брода к реке подходила! — фыркнул Олег. — Здесь брод быть должен!

— Был, да сплыл, — не то пошутил, не то укорил богатырь.

— Видать, не по нраву мы кому-то из чародеев. — Bелислав, подъехав к обрыву, высыпал остатки ягод на ладонь, перекинул в рот и, широко размахнувшись, метнул лукошко в воду. То, перекувырнувшись несколько раз, с еле слышным плеском бухнулось в реку и покачиваясь, поплыло куда-то в правую сторону. — Не, не морок, сделал вывод волхв. — И впрямь разметал кто-то брод. Уж не та ли колдунья, что тебя убить пыталась, ведун? Не но нраву ты ей чем-то оказался.

— Другая дорога есть? — остановил его рассуждения Середин.

— Давно я тут не был… — Велислав задумчиво потеребил бороду. — Коли память не изменяет, должен быть брод верст двадцать выше по реке. Там небольшая деревенька. Токмо…

— Ну что, волхв? — поторопил его богатырь. — Не тяни. Что не так с этой деревенькой?

— Не то чтобы не так, боярин. Токмо в селении там поклонники смерти живут. Те, что кресту поклоняются, на коем их бога распяли. Странная это вера. Чужая.

— Может, и так, — боярин равнодушно пожал плечами. — Однако в Муроме многие в распятого бога верят. Князь Владимир, вон, дозволил и в Киеве капище для гостей цареградских построить.

Велислав посмотрел на Радула из-под густых бровей, но промолчал.

— Веди, волхв. Там разберемся."

"Толстяк, недовольно что-то бурча себе под нос, развернул скакуна и, ни на кого не глядя, двинулся вдоль реки. Следом на узкую тропинку повернул Никита, за ним тронулся, дернув поводья заводного коня, ведун. Он смотрел на широкую спину молодого ратника и думал о том, что у того не оказалось дома никого, кто бы точно удостоверил личность воина: знал бы его привычки, любимые присказки, кушанья, обычное поведение. Не обнаружилось ни матери, ни братьев с сестрами, ни отца. А что соседи узнали — так глаза от внешности отвести много ума не надо. Ненадолго чужую личину натянуть он и сам может.