Ведун. Книги 1-18

Ну тогда давай знакомиться еще раз. Кто ж ты такая?

Девочка смущенно принялась теребить оберег на шее."

"— Проклятие на нашем роду лежит. Все женщины в зверей разных оборачиваются. Когда по желанию, а когда и по прихоти божией. Я вот куницей могу, а мать моя лисой становилась. Только убили ее, когда я совсем крохой была. Промысловики заезжие в лесу встретили.

— А как же твоя семья? Искать, поди, будут?

— Дед знает, что я с вами пошла.

— Зачем?

— В горах Аспида, сказывают, источник есть. Коли испить из него водицы, то избавиться можно от второй своей личины. Никто не решался идти туда по своей воле. А с вами мне не боязно. Хочу человеком стать, чтобы дети второй личины не имели.

— Значит, это по твоей просьбе домовой мне на куртку капюшон пришил?

Девочка смущенно промолчала.

— Однако откуда колдунья взялась? — вмешался Велислав. — Кто видел?

На этот вопрос волхву никто не ответил. К ним подошел хмурый Сварт.

— Трогаться надобно. И так полдня потеряли. А место здесь для ночлега неудобное. Кусты, ветра нет, овраг рядом. В сумерках комары сожрут, ночью лихие люди подобраться могут.

— А это кто был?

— Неведомо, ведун, — пожал плечами дружинник. — Живых не взяли, а с мертвого — какой спрос? Прикопали, и ладно.

— Поторопились, — укоризненно покачал головой ведун. — Я бы спросил.

— Времени жалко. В седло подняться сможешь?

— Смогу.

— Тогда по коням…

* * *…И снова дорога послушно ложилась под ноги. И снова Олег сжимал поводья и прислушивался к сопению куницы за спиной. Намаялась, неугомонная. Носилась по веткам и верещала так, что даже Кира возмущалась и едва уши не зажимала.

Воевода вел отряд неспешной рысью, давая прийти в себя после мимолетной стычки, и Олег, перебравшись в середину маленькой рати, предоставил гнедому выбирать дорогу. Сам же размышлял над случившейся схваткой.

Разумеется, во все времена в мире людей хватало грабежей да лиходейства. Кривая тропка нередко приводила к банде и куда более опытных ратников, чем тот, что схлестнулся с Олегом. Всяко в жизни бывает. Но чтобы колдунья к разбойничкам подалась — вот это задача. Чего хотела? Золота? Так опытные маги бедностью никогда не страдают. Жажда крови? Черные колдуны предпочитают проливать ее в уединении, в своих порубах или перед идолами неведомых богов. Что ж тогда?

Над чем-то раскатисто хохотнул Руслан. Он похлопал по рукояти меча и покачал головой.

— Нет, Ермолай, окромя этого друга вострого, никакому оружию боле не доверяю.

— Не всегда булат в сече помогает, — молвил пожилой ратник. — Волхв вон посохом своим да словом заветным так приложить может, что вмиг лично с Велесом беседовать станешь, — кивнул Ермолай на толстяка, выбирающего из берестяного лукошка чернику.

— Эк загнул! Ему мудрость веков дадена.