Ведун. Книги 1-18

Сам воевода Белобой меня привечал, да! — Крот после чарки раскраснелся и уже не столько ел, сколько старался разговорами о боевом прошлом подбодрить самого себя. — А ить его, печенега, в степи не словишь, нет. Кони легкие, неподкованы, как ветер летят. Их надо скрадом. Ага. И против сабли мечи надо полегче. А лучше — тоже сабельку вострую.

— Это точно, — кивнул Невзор, — пока мечом вдаришь — он тебя пять раз достанет.

— Во, — обрадовался староста, обнаружив знающего человека, — а я что говорю. Помню, раз мы…

— Ты ешь лучше, — вмешалась жена, — каждый раз одно и то же вспоминает.

— А ты молчи! Видишь — мужики разговаривают. — Крот на мгновение потерял нить разговора, но тут же продолжил как ни в чем не бывало. — Ко мне ведь бабы-то так и ластились. Дочь купца, помню… Эх, хороша девка была. А взял ее, — указал он на жену. — И чем приворожила?

— Да кто кого взял, еще вспомнить надо! Ты телок был сопливый, кто поманит — туда и бредешь.

— Я телок? — Крот аж подскочил. — Да я с Белобоем…

— Это в поле ты соколом летал, а девки-то из тебя веревки вили.

— Да ты што ж это, а? Курицу твою мать! Перед гостями меня…

Середин обнял мужика за плечи, усадил за стол, предупреждая семейную ссору.

— Все, все, хозяева. Нашли вы время разбираться. Ты, Крот, наливай себе, а нам уже хватит. Голова ясная должна быть.

— А я выпью, — согласился Крот, — мне хоть ведро налей, а я все как огурчик! Надо же, говорит — веревки из меня! А я ведь ей за всю жизнь ни разу слова худого не сказал, так, вожжами пройдешься по-вдоль хребта для острастки. И-и, глаза-то мои открылися… Вот погоди, упыря кончим…"

"Сыновья с девками, сдерживая смех, принялись за пироги с ягодами. Середин выглянул в окно. На улице почти стемнело. Еще совсем немного, и ночь накроет деревеньку с затаившимися по домам жителями.

— Ты хотел броню поглядеть, — напомнил он, — может, пригодится.

— Ага, ну-ка, баба, сходи-ка в избу. Там, за печью, в рогожке. Неси сюда.

— Я схожу, — сказал старший сын, крепкий паренек лет семнадцати.

Он притащил в горницу рогожку, раскатал ее на полу. Крот выбрался из-за стола, присел на корточках, перебирая снаряжение.

— Вот, кольчуга. Малость, того, ржа поела, но все одно хороша. Топор мой, меч верный…

При свете лучин Олег разглядел, что хозяин и впрямь давно не брался за оружие: ржавчина переела кольца кольчуги почти насквозь, проступила на клинке неопрятными разводами.

— А где шелом? Ась? — Крот оглядел домашних, — вот тута был.

— Малые с ним игрались, да в колодец обронили, — ответила жена.

— Ага, помню. Завтра доставать станем. Сам полезу.

— Ты кольчугу и меч приготовь, а топор ни к чему, — сказал Середин.

— Ага, ну-ка, давай, — Крот поманил сына, — почисть малость, да смажь. А мы пока закусим.