Ведун. Книги 1-18

Взял бы тебя, да сам не знаю, куда кривая вывезет.

— Прощаешься? — Невзор остановился в отдалении, чтобы не потревожить лошадь. — Там ладья в Киев идет, живности на борту нет, с кормчим уговорился.

Они прошли к месту погрузки. Сивку Середин вел в поводу. Ладья, с кормщиком которой поладил Вторуша, слегка покачивалась на длинной пологой волне. Мужики сноровисто бегали по хлипким сходням, таская наверх мешки с пушниной. Вторуша, стоя на палубе рядом с коренастым мужиком в безрукавке, ревниво следил, как бы кто не уронил груз в воду. Одна телега была уже разгружена, и, судя по скорости, с какой опорожняли вторую, купец скоро должен был освободиться.

— Вон наша стоит, — указал Невзор вперед, где к берегу приткнулась большая «набойная» лодка.

Голова то ли морского змея, то ли заморского божества украшала нос судна. Весла были убраны, несколько мужиков, раскатав грязноватый парус, зашивали его, умело орудуя кривыми иглами.

— Что, и платы с нас не возьмут? — спросил Олег.

— За порогами на них степняки налетели, там вода мелкая, берег прямо под боком. Трех воинов потеряли: стрелами с берега достали, а одного арканом сдернули. Я сказал, что мы бывшие дружинники. Харчи бесплатные, на весла не посадят. Плыви себе, за бережком посматривай.

— Годится.

На берег по сходням осторожно сошел Вторуша, отвел телеги, освобождая другим место для погрузки.

— И как я на этой посуде поплыву, — сокрушенно покачал он головой, — я ж воды боюсь пуще огня. У нас речка мелкая — лягухе один прыг. А тут — вишь ты!

— А как же ты по морю собрался товар везти? — усмехнулся Невзор. — Там воды еще больше. Да соленая вся до горечи.

— Брешешь…

— Пес брешет. Не хочешь — не верь."

"— Правда, купец, — поддержал дружинника Олег, — на море и волна, знаешь, какая бывает? Выше ладьи, выше любого дерева.

Купец озадаченно почесал в затылке, затем бесшабашно махнул рукой.

— А-а, пропади все пропадом! Упыри не заели, тать не зарезал — так что ж, в воде мне доля утонуть? Не поверю!

— Вот это молодец, — хлопнул его Невзор по плечу.

— Эй, вы, что ли, с нами до Киева? — Развалистой походкой к ним приблизился коренастый мужчина лет тридцати или чуть меньше, с кривой печенежской саблей на боку. Русые волосы стянуты ремешком, светлые глаза смотрят настороженно, изучающе. На широком поясе нож в простых ножнах. Прищуренные светлые глаза пробежали по лицу Олега, задержались на рукояти сабли, закинутой за спину.

— Ну, мы, — сдержанно ответил Середин.

— Я — Копыто. Десятник в дружине, купца отведу до дома и опять на службу. Воевать приходилось? Хотя и так видно, что не отроки. Старшой велел передать: скоро отходим.

— Ну… — Вторуша по очереди обнял Невзора и Середина. — Удачи вам, други.

— И тебе добрый путь.