Ведун. Книги 1-18

— Ты ж толком ничего не сказал, у-у, змей…

— Погоди, — остановил его Середин, приглядываясь к незнакомцу, — ну-ка, давай отойдем, разговор есть. А ты, Вторуша, здесь посиди.

— А ну, как он тебя…

— Посиди здесь, я сказал, — повысил голос ведун.

Он отвел саблю и рывком поднял незнакомца на ноги.

— Иди вперед. По берегу.

Они отошли за поворот реки и, оставляя следы на песке, выбрались на плес. Середин остановился, незнакомец, повернувшись к нему лицом, невозмутимо ждал. Высокий, почти с Олега ростом, он стоял, опустив крепкие руки, и спокойно глядел на него.

— Снимай одежду, — скомандовал ведун.

Пришелец молча скинул куртку, снял разбитые сапоги и, стянув холщовые порты, снова замер. От левого плеча через грудь тянулся выпуклый розовый рубец.

— Шапку.

Нехотя, будто через силу, мужчина потянул с головы отороченную мехом шапку, бросил ее на песок и застыл, опустив глаза.

Олег почувствовал, как к горлу подступил комок: на голове незнакомца топорщилась свалявшаяся кое-где в колтуны волчья шерсть.

— Повернись спиной.

С головы, вдоль позвоночника, сбегала, утончаясь к ягодицам, полоса шерсти.

— Сам перекинулся? — спросил ведун.

— Тебе-то что? Руби, парень.

Олег увидел, как напряглись мышцы на спине незнакомца, хмыкнул.

— Нужен ты мне. Одевайся.

Мужчина, не веря своим ушам, оглянулся на него.

— Неужто отпустишь?

— Гуляй пока, — Олег повернулся и пошел прочь, — сам свою долю найдешь.

— Постой. Постой, парень. Скажи, почему не убил?

Середин остановился. Незнакомец, держа в руках одежду, спешил за ним.

— Так тебе и скажи. Я и сам не знаю. Если б ты по своей воле волкодлаком стал, то не потянулся бы за рыбой в горшке, а первым делом купца на телеге порешил. Опять-таки жизнью не дорожишь — не мила она тебе в этаком обличье. Вот, вроде, и все. Да ты оденься, чего голым бегать.

— Да, сейчас… — Незнакомец запрыгал, попадая ногой в штанину. — Уж очень ты меня огорошил. Я думал — все, кончился Невзор.

— Как же ты, Невзор, волчью стать принял?

— Эх, парень, долгий разговор.

— Ну, так присядем, поговорим. Спешить некуда, а спать уже все одно не хочется. Меч? — Середин кивнул на шрам.

— Сабля. Печенег память оставил в ту зиму.

— Быстро заросло. Как на собаке, или на волке.

— И об этом расскажу.

Они присели на чешуйчатый ствол сосны, завалившейся с крутого берега. Невзор повертел в руках шапку, хлопнул, выбивая песок, о колено.

— Слушай, парень, раз…

— Олег."

"— Слушай, Олег, раз пристало. Отца я почти не помню — хазары его в дозоре срубили, мать на другой год померла. Меня дядька по матери, десятник княжеской дружины, к себе взял. Сам бездетный, без семьи, пока я мал был — у него в веси жил, а как подрос малость — он меня с собой повсюду таскал: и в поле, на дозор, и по оброку в деревни, хотя это редко.