Ведун. Книги 1-18

Теперь Середин увидел, что тень от телеги, на которой спал Вторуша, была чуть темнее, чем должна быть. Он уже собрался прошептать заговор на кошачий глаз, как вдруг тень слегка сдвинулась. Медленно и плавно, словно проявляясь на фотобумаге, показалась мускулистая рука, плечо в кожаной куртке и лицо человека с короткой бородой, обрамлявшей хищное лицо. Глаза прятались в тени нависших бровей, серебристо-серый в свете луны мех круглой шапки скрывал волосы. Мягко, будто перетекая, человек переместился к погасшему костру. Середин сладко зачмокал и перевернулся на спину. Рука его невзначай легла на рукоять сабли. Человек замер на несколько мгновений, словно в камень превратился, затем, решившись, подался вперед и вытянул руки с длинными крепкими пальцами."

"Словно подброшенный пружиной, Середин метнулся через костер, обрушиваясь на пришельца всем телом. Дико всхрапывая, затопотали на привязи лошади. Человек закрутился юлой, выходя из-под удара, врезался в колесо телеги и замер, почувствовав у горла холодный клинок. Олег снял у него с пояса нож в деревянных ножнах и бросил за спину.

— Что… кто?… — свалился с телеги Вторуша, бестолково размахивая топором. — Опять? А-а, злыдни, мало брата погубили. Всех порешу! Дай мне…

— Тихо, — рявкнул Середин, — тихо, купец. Хотел бы он тебя зарезать — давно бы зарезал. Так?

Незнакомец прикрыл глаза, но Олег успел заметить желтый волчий блеск зрачка.

— Ну, чего молчишь? Так, нет?

— Мне ваша смерть не нужна, — глухо сказал незнакомец.

— Ну-ка, запали хворост, — скомандовал Олег.

Вторуша разгреб угли, подбросил валежника и принялся дуть, возвращая костер к жизни. Человек под рукой Середина пошевелился, и Олег слегка надавил острием сабли над пульсировавшей на шее веной. Капелька крови скатилась по шее под кожаную куртку.

— Спокойно, дружок, не заставляй меня делать тебе больно. — Он ухватил в кулак одежду на груди незнакомца и потянул его к разгоревшемуся огню. — Взгляни-ка на меня, сокол ясный.

Пришелец открыл глаза и невозмутимо посмотрел на него.

«Привиделось, что ли?» — подумал Олег. Глаза, как глаза, серые, спокойные. Слишком спокойные. Крест трепетал теплом, не обжигая кожу.

Середин слегка ослабил хватку. Незнакомец пошевелился.

— Хочешь убить — бей. Мне все едино.

— Эй, — воскликнул Вторуша, — а ведь я его знаю! Давеча стали мы привалом, так он к костру вышел, хлебца спросил. Повечерял с нами и ушел. Так в ночь и ушел. Еще говорит: зря вы здесь поехали, купцы. Вертайтесь, мол, пока не поздно. Стервец: его накормили, а он пугать стал. Сорока еще хотел его дубиной проводить, да где там, разве в лесу найдешь ночью.

— Не пугал я вас, купец, предупредить хотел.