Ведун. Книги 1-18

Так зачем завтра в петле бежать туда, где сегодня дом и седло предлагают?"

"— Я русский, хан, — отчаянным усилием воли разлепил глаза ведун. — И место мое — на Руси!

— Да чего на ней хорошего? — удивился вогул. — Токмо леса да болота. Ты по весне с кочевьем моим в степь пойдешь — вот где красота! Простор, ветер хмельной, тюльпаны ковром алым до горизонта… А может, тебе девки русские нравятся? Так то мы мигом! Мимир, девок суздальских али рязанских нет поблизости? Али еще каких? Найди немедля, сюда тащи!

— Слушаюсь, великий хан… — Раб, однако, не кинулся выполнять приказ, а сперва нарезал в изрядно опустевшую миску еще мяса, после чего прислонил прут с отощавшим окороком к камню и вышел из юрты.

— А и правда, урус, — тряхнул головой Ильтишу. — На что тебе она? Лес да болота и здесь имеются, девок русских пригоним. Чего не жить?

— Да ничего… — Ведун поднялся, и от резкого движения в голове сразу закружилось, коленки предательски затряслись. Олега сильно качнуло — он отступил, но равновесие удержал. — У-у-у-у. как все запущено… Я щ-щас-с… Ветра поищу, и вернусь…

И Середин, по широкой дуге огибая старательно трясущих бедрами хазарок, вышел из шатра. Холодный ночной ветер слегка охладил его, привел в чувство. Олег сходил к коновязи — но гнедой, как и прочих лошадей, там не было. Похоже, отогнали в общий табун. Ну, да кочевники со скотиной обращаться умеют.

Несмотря на несколько костров, полыхающих по краям обширного стойбища, у ханского шатра было темно, а потому ведун не рискнул нагибаться и растирать лицо снегом, как ему ни хотелось. Поди угадай в сумерках, какой он — чистый или пополам со всем, чего у человеческого жилья в достатке? Вернулся к столу так, немытым.

Под толстой войлочной крышей продолжали танцевать невольницы, за столом о чем-то со смехом переговаривались хан и его телохранители. Или просто друзья и родовитые беи? Поди разбери — формы и погон никто еще не придумал. От пахнувшего в лицо тепла сознание тут же размякло, потянуло в сон.

— Эй, урус! — повернулся к гостю правитель. — А в Новагороде ты бывал?

— Был, естественно. — Олег плюхнулся обратно на подушки, потянулся за мясом.

— А правду сказывали, урус, что варяги ноне в Новагороде княжить сели?

— Да вы что, мужики! — засмеялся ведун. — Князь ведь завсегда самый главный. Ему никто не платит, это он всем платить должен. А когда это варяги хоть что-то без платы делали?

— Это да! — кивнул хан, веселясь вместе со всеми. — Пока серебром не тряхнешь, с кошмы не встанут. Что спрятать не успеешь, враз украдут. Воряги — воряги и есть.

— А что норманны Псков захватили — правда? — поинтересовался вогул в бежевой шелковой рубахе с доходящим до живота треугольным разрезом.