Ведун. Книги 1-18

От озера куда-то в рощу уходили, сужаясь до ниточки, камыши. И вроде среди них намечалась прогалина.

Олег прищурился, вглядываясь, но на таком расстоянии различить ничего не смог, сбежал вниз, пересек дорожную колею, пошел дальше. Очень скоро под ногами зачавкало – начиналась вязь. Ведун отступил, повернул налево, под указатель «Тропа Здоровья», трусцой побежал по колее. Миновал деревянный навес для отдыха, межевой знак, вырубленный в камне, древний, как сам Изборск, перешел вброд бурно прыгающий по камням ручей и оказался на развилке. Повернул вправо, поспешил по дорожке и уже через пару минут увидел впереди деревянный мост. По ту сторону стояла часовенка, несколько деревенских домов, имелась даже небольшая парковка. От парковки начинался пляж. Тоже маленький, деревенский, всего на несколько человек. Перед пляжем была «чаша» с десяток шагов в диаметре, засыпанная мелкой коричнево-белой галькой и по пояс залитая кристально прозрачной водой.

Из запруды под мост струился тонкий ручеек, перед ней тоже было заметное сужение, поросшее камышом. Здесь текла вода из того самого Городищенского озера – от чудотворных ключей к далекому озеру Чудскому. Вода из реки Жизни. Ее вполне хватало, чтобы нырнуть и плыть, и здесь, самое главное, имелось течение!

Ведун мимо моста спустился на берег, встал на колени, склонил голову и макнул ее в воду.

– Спасибо тебе, матушка Триглава. Нашел!

Мотоцикл он перегнал в ольховник, что тянулся широкой полосой от реки к ближнему холму. Разобрал сумки, переложил вещи в мешок из прорезиненной плащовки. Ключ от мотоцикла оставил в замке, накрыв своего верного коня куском пленки, зелья тоже оставил – нужные травы и корешки, жир и воск лучше собрать на месте, свеженькие. Доел консервы, чтобы не смущать русичей видом странной пищи, собрал обычный для человека поясной набор: два ножа, ложка, небольшая сумка. Все то, без чего славяне из дома надолго не выходят, равно как без штанов. Меч упаковал отдельно, поскольку ножны он так до сих пор и не сделал, только клепки пока приготовил.

Пока готовился – день склонился к закату, на небе одна за другой зажглись звезды. Ведун выждал еще пару часов, чтобы деревня заснула, а запоздалые путники разошлись по домам, разделся, спрятав штаны и рубаху в полиэтиленовый пакет с непротекающей застежкой, ботинки сунул в мешок и отправился на мост."

"Здесь, пользуясь тишиной и безлюдностью, мелом нарисовал самый известный знак Триглавы: сперва с помощью веревочки – круг, чтобы потом не накосячить с формой коловорота.