Ведун. Книги 1-18

Вернемся к Дону, обогнем Черниговское и Рязанское княжества, чтобы с порубежниками не столкнуться, поднимемся вверх по Волге… И тихо отделимся. Чабык и Судибей пусть идут через Булгарию домой, а там всего несколько переходов до логова моего учителя. И все, мы дома. Он нас вернет.

С этого дня Олег и Роксалана каждый вечер вдвоем отъезжали от монгольского лагеря в темноту. Чабык поначалу пытался отправить с ними охрану — но Олег возмутился и запретил. Все же не дети, а воины вдвоем остаются — куда им волков или татей бояться? Да вдобавок еще и муж с женой."

"Такой аргумент кочевникам был понятен. Шли они налегке — в юрте или палатке не уединишься. Посему нечего мешать людям немного и вдвоем побыть. За девять дней пути до Дона монголы привыкли к этому их ежевечернему удалению и перестали обращать на него внимание.

Перейдя по перекату Дон, путники остановились на дневку, когда на горизонте вдруг появилась русская рать. Это стало ясно издалека — по стягам, сверкающим доспехам. Однако русские не были теми людьми, с кем хотелось встретиться монголам. Кочевники оседлали скакунов и двинулись вверх по течению. Кованая конница с ходу миновала перекат, умело развернулась в широкую полосу, словно для битвы. Их было немного, примерно пять сотен, но Олег все равно приказал уходить. Не дождавшись атаки, русские опять перестроились в походную колонну и стали нагонять кочевников. Чабык, недовольно поглядывая на Середина, приказал отогнать преследователей стрелами. Олег возражать не стал. Потеряв двух лошадей, головной русский полк отстал. Однако останавливаться на ночлег пришлось в виду противника. И подниматься в стремя с первыми лучами солнца, не давая застать себя без скакунов и оружия.

Преследователи опять попытались сблизиться, но после нескольких точно выпущенных стрел отступили.

— Свежее мясо есть, — усмехнулась Роксалана. — Видно, будут завтракать.

К полудню еще один русский полк обнаружился впереди. Не разбираясь, кто это и чего добивается, Олег приказал поворачивать на восток. Теперь монголов вели в «клещах», словно самолет, который перехватчики принуждают сесть на чужой аэродром. Справа, слева. А к вечеру еще несколько русских полков показались позади, медленно сокращая отставание.

— Чего они добиваются? — забеспокоилась даже воительница.

— Провожают, наверное, — пожал плечами Середин. Он знал, что уже давно, очень давно ушел за пределы русских земель. И настырность соотечественников была ему непонятна.

На рассвете вражеские полки подтянулись ближе, грозно нависнув справа и слева на удалении в полтора полета стрелы, и делали вид, что пытаются монголов обогнать.