Ведун. Книги 1-18

Через семь дней город все равно был взят, но обозленные кровью нукеры уже не открыли ворота, чтобы выгнать жителей подальше от войны. В Самарканде, уже после согласия жителей сдаться, в открытые ворота внезапно вынеслись сотни с обнаженными мечами и после короткой схватки с заградительным отрядом почти без потерь вырвались и ушли куда-то на юг.

Олег все же пощадил огромный и красивый город.[89] Однако не удержался и велел отослать в Каим триста лучших мастеров. Может статься, у них еще получится оживить умирающие поселки.

К середине лета стремительно редеющая монгольская армия и ползущий за ней непомерного размера обоз вышли к Каспийскому морю. Радость Любовода была недолгой: здесь о войне уже знали, и торговцы предпочли отплыть от опасных берегов в более спокойные края. Ладей или иных кораблей, чтобы загрузить их трюмы своим товаром, купцу найти не удалось.

Оставив почти во всех сдавшихся городах по сотне, по полусотне нукеров, Олег теперь имел под рукой всего двадцать сотен воинов. Может, чуть больше, если считать возчиков обоза. Но он упрямо шел вперед в поисках врага, надеясь уже не столько на силу, сколько на грозное имя монголов. Дойдя до Тебриза, они приняли от города клятву верности. Наместник тамошний, хан Узбек, поклялся на Коране, что хорезм-шах не появлялся в его землях. Олег повернул на север, но когда, обогнув море с юга, его сотни вышли к Шамахе, немедленно отворившей ворота, Середин все же смирился с неизбежностью: хорезмскому хану Мухаммеду удалось скрыться.

— Пора возвращаться, Тенгизхан, — первым решился высказать общую мысль Чабык. — Мы ушли слишком далеко. Города сдаются нам, но нашего разума не хватит, чтобы управлять ими всеми. Я уже забыл названия половины крепостей, принесших нам клятвы верности.

Обложенный коврами костер приплясывал и стрелял искрами. С бараньей туши, что вертелась над очагом, падали янтарные капли жира.

— Пора возвращаться, — согласился с ним Судибей. — Наши руки слишком коротки, чтобы править такими далекими землями.

— Подождите, подождите, уважаемые, — забеспокоился Любовод. — А как же товар? Добыча, шелк, фарфор? Что, назад везти?

— Что поделать, друже, нам с тобой ныне не везет, — развел руками Олег. — Мне не удалось поймать негодяя, тебе не повезло найти ладьи для пути домой. Попытаешься в следующем году, когда отзвуки войны успеют затихнуть.

— Дербент! — решительно выдохнул купец. — Ксандр сказывал, тут вольный город Дербент неподалеку. Торговый. Там порт. Там должны быть корабли! Война ведь за морем, по ту сторону. А купцы, стало быть, наверняка здесь. Здесь рядом, совсем недалеко! Нечто от пары переходов что изменится?

— Дорогу ты знаешь? — поинтересовался Чабык.

— Ксандр, он кормчий, — смутившись, обтекаемо ответил Любовод.