Ведун. Книги 1-18

— Почту за счастье, — все так же горячо согласился Джебе. — Сейчас мои воины привезут вино. Его не успели навьючить.

Вместе с бочонком вина прискакала Роксалана, небрежно бросила поводья первому попавшемуся нукеру, прошла к воде, ополоснула лицо и руки, вернулась:

— Как тут тоскливо, Олежка! Сражаться не желает никто. Или разбегаются, или прячутся. Когда зовешь и требуешь выкуп за жизнь и добро — соглашаются сразу. Может, мы мало просим?

— Может, крестьяне просто не желают умирать ради нескольких монеток? С тяпкой на пику не кинешься, свежую жизнь из погреба не достанешь. Если хозяйство уцелело, то и деньги вернутся…

Но воительница не слушала:"

"— Представляешь, оказывается, тут негде жить! Я думала, Китай — это толпы народа, возделанные поля, большие города и красивые замки с пагодами. В общем, как у нас, зелень от края и до края. А оказывается, здесь только камни и песок между горами. И кучка запрятанных по долинам оазисов. Где деревня, где две. Городов, как я понимаю, тут пара штук на полстраны, не больше. Нет, ну в оазисах, конечно, хорошо. Сады, каналы, рис и буйволы. Где побогаче, там и пагоды имеются, что пожарные каланчи. Только красивее, конечно. В общем, тоска. В Египте когда-нибудь бывал? Сахара.

— За ущельем еще долина, уважаемая, — попытался поспорить Джебе. — Там много селений и полей, там есть города…

Но мысли Роксаланы уже убежали в сторону:

— Рыба! Копченая! Ну ты буржуй… Сам ешь, никого не угощаешь!

— Дай вставить хоть слово! — взмолился Олег. — Тебе ведь приглашение сказать не получается.

— Будем считать, я его услышала и приняла, — присела на кошму перед угощением девушка, отковырнула небольшой кусочек, и на берегу наконец-то наступила тишина. Между тем нукеры подносили и подносили всяческую снедь: яблоки, сливы, вишню, лепешки, рис, плов, пиалы с курагой, кувшины с какими-то напитками. Роксалана благодарно кивала.

— Прошу вас, друзья, — пригласил Середин, когда места для мисок и пиал на ковре не осталось. — Давайте за успех выпьем. Дался он тяжело, но мы все-таки здесь.

— За Тенгизхана! — с готовностью ответил Джебе и крикнул своим нукерам: — Тенгизхану ура! С ним мы монголы! Монголы!

— Ур-ра!!! Ур-ра!!! — с искренним восторгом подхватили воины.

Пир затянулся допоздна, и хотя солнце уже покатилось к закату, Олег все же решил двинуться дальше. Чабык его поддержал — преданному воину хотелось увести Тенгизхана подальше от города. Мало ли что…

Сотни помчались галопом — чего лошадей жалеть, коли скоро отдохнут. Верст пять промелькнули за считанные минуты, как вдруг Олег ощутил знакомый, родной запах и увидел одинокий домик, стоящий посреди рубинового от ягод вишневого сада. Он потянул левый повод, уходя от озера, разглядел за домом каменную трубу и, осадив скакуна, спешился.