Ведун. Книги 1-18

— Почему? — удивился Олег.

— Вестимо, откупились они, не тронуты, — пригладил подбородок нукер. — Однако же всякие люди бывают. А ну кто за обиду отчины своей отомстить пожелает? Ножом ткнуть недолго — мертвого назад воротить тяжко. На узких улицах сложно уследить. Не ходи.

— Как скажешь, — не стал спорить с верным воином Олег, и его сотни спешились у озера чуть дальше своих соратников.

Уже через полчаса к их кострам примчался разгоряченный и счастливый Бей Джебе, спрыгнул с коня и упал на колено, склонив голову:

— Приветствую тебя, мудрейший и могучий Тенгизхан, да пребудут года твои долгими в счастье и здравии!

— Ого, друг мой, — изумился Олег. — В честь чего такая велеречивость?

— Город здешний Хидзин в пять дней обязался за покой свой семь тысяч «слив» выплатить да еще две — за храм свой и монастырь. Там далече, за озером и окрест, еще четыре города стоят, — торжествующе перечислял достижения степняк. — Восемь сотен туда ушли. Еще мы коней табун заметили, но по твоему повелению отнимать не стали…

Ведун начал понимать. Занявшие долину нукеры за один день получили примерно по тридцать монет на каждого, что для нищих кочевников казалось невероятным богатством. И это не считая мелких прибытков, которые тоже наверняка были. Не станет же победитель у побежденного гуся на ужин покупать или за рыбу взятую платить! Ну да без убийств и больших грабежей обошлось, и ладно.

— Перед нами стада успели пройти. Куда вся эта скотина подевалась, почему мы их не догнали?

— Купец, что Плоскиня именем, сказывал, город богатый там есть и долина зеленая, — указал на север степняк. — Туда многие купцы отвернули, и пять сотен наших ушло. Мыслю, коли гонца послать, через день возвратятся. Да и так я велел больше двух дней не задерживаться.

— Это правильно, — кивнул Середин. — А остальные?

— В Лопнур пошли, в долину Хутуби, на Ирим тоже. Но не далее дня пути! Я дозоры на Хайми выслал — коли китайцы с той стороны появятся, за день всяко упредят. А там в Цайгуань пойдем, он сразу за пустыней. И Чарлык, сказывают, богатая долина…

— А копченой рыбой тут не угощают? — вдруг не к месту поинтересовался Олег. — Сто лет не пробовал. А тут озеро такое… Неужели у них нет?

Бей Джебе просто оглянулся на своих нукеров — и не меньше двух десятков сорвались в сторону города.

— Мы помним о наших братьях-монголах, что остались с юртами и крепостью, и о тебе, Тенгизхан. Четверть всего взятого будет твоей.

— Благодарю тебя, Бей Джебе.

— Всегда твой, Тенгизхан! — громко стукнул кулаком в грудь степняк.

Из города примчались воины, спешились, выложили перед ханом сразу три рыбины: огромного сома и двух судаков.

— Надеюсь, вы разделите со мной трапезу, ханы? — поинтересовался Олег.