Ведун. Книги 1-18

С таким нахрапом чистой правды не говорят».

— Ты будешь проклят! — громко заревел шаман, ударяя посохом в землю. — Проклинаю! Не будет отныне тебе дороги к родным кочевьям, к родным колодцам, к родным пастбищам! Проклинаю! Не ходить тебе по земле, не видеть света, не дышать ветром. Страж степей покарает предателя, страж степей принесет мое слово, страж степей высосет твои глаза, разорвет твой живот, раскидает твои косточки! Проклинаю!

— Вот, елы-палы! — Ведун запоздало вспомнил, что не взял никаких амулетов, защищающих от сглаза, порчи или иных магических воздействий. Расслабился за последние годы.

— Лягушек в ручье пугай, лживый байбак! — посоветовал ему сын хана. Между этими двумя явно имелись какие-то свои особые, неизвестные посторонним, счеты.

По рядам нукеров пробежал смешок — уж на кого-кого, а на байбака тощий шаман походил меньше всего.

— Проклинаю! Всех проклинаю! — Хенвой вскинул посох и повел им по кругу, как стволом пулемета. Грохот выстрелов заменяло злое рычание."

"Степняки тем временем успели выстроить некое подобие обороны: в проходы между юртами загнали лошадей, еще в двух местах опрокинули повозки и засели за ними, выставив копья, разложив пучки стрел и приготовив луки. Судибей, опять привстав на стременах, посмотрел куда-то влево и опустился в седло.

— Прощай, отец! Надеюсь, твои сыновья смогут стать достойными ханами.

Он развернул коня и поскакал за холм. Остальные воины братства «идущих за волком» двинулись следом. Олег успел заметить в той стороне, куда смотрел Судибей, слабый дымок. То ли от костра, то ли от только-только начинающегося пожара.

Пробравшись старым путем, кочевники слились в единый отряд и перешли на рысь.

— Повернем влево, за Мокрую Плешь! — предупредил степняк. — Там еще стада, которые нужно забрать. И погоню со следа собьем, пусть по кругу ходит.

Против перспективы прихватить еще какие-то стада никто из нукеров не возражал. Олег же, пристроившись стремя в стремя к сыну хана, поинтересовался:

— Откуда дым?

— Я не мог забрать юрту, — с сожалением вздохнул тот. — Без повозок ее не увезти. А с обозом мы слишком медленно пойдем — могут догнать, перехватить. Приказал сжечь. Так меньше риска.

— Не жалко?

— Жалко, — признал степняк. — Но я возместил потерю табуном шамана, будь он проклят.

— Он разозлится.

— Пускай. Может, хоть лопнет от злости!

Мчавшиеся на рысях скакуны всего за десять минут одолели две версты и оказались в виду пастбища. Кочевники без команды стали разворачиваться в загонную цепь, чтобы собрать разбредшихся коров в одно стадо и погнать перед собой. Уж что-то, а со скотом они обращаться умели.