Ведун. Книги 1-18

— Женщиной можно, — поправил Олег, — бабой не стоит.

Роксалана все еще сжимала саблю, зло рычала и вся тряслась. Середин подъехал, крепко обнял ее сзади, прижался:

— Все в порядке, милая. Все хорошо. Все позади. Ты молодец. Ты отлично сражалась Ты победила. Давай чуть-чуть подышим. Вдох, выдох. Вдох, выдох. А теперь аккуратно уберем саблю в ножны.

— Я-а… Убила…

— Я же предупреждал, милая. Крошить нежить намного легче. Для души легче. Иным людям проще самому умереть, чем кого другого убить. Но я рад, что ты предпочла выжить.

— П-почему холодно?

— Адреналин, милая. Но на этот раз явный перепой. Точнее, уже похмелье. Ты не бойся, часа за три пройдет. Кто тут есть? — Он нашел глазами одного из мальчишек: — Саакым! Привези ее халат. Возьми у Тарии. Сейчас согреешься, девочка. Все будет хорошо.

— Хорошо уже не будет, чародей, — натянул рядом поводья кривой Чабык. — Мы перебили шестнадцать нукеров семьи Хармыка и его самого. Шестнадцать людей рода куницы. Будет война. Нам никогда не собрать виры за такое число убитых. Это слишком много. В семье Хармыка полсотни крепких мужчин, они разорят наше кочевье дочиста, даже не призывая родственников.

— Нас слишком мало?

— Да, посланник ворона.

— Тогда нужно немедленно атаковать.

— Ты не слышишь меня, чародей? В здешнем кочевье обычно обитает полсотни воинов. С нами всего четырнадцать неопытных отроков. На нас нападут с пиками, забросают стрелами!

— Это ты не слышишь меня, смертный, — поиграл желваками ведун. — Мы должны атаковать их кочевье, и немедленно! Именно потому, что нас мало и мы почти безоружны. Смотри, полтора десятка врагов уже полегло. Значит, их осталось немногим больше трех десятков. В стойбище примерно половина, другая половина пасет стада. Если нападем неожиданно, они не успеют организовать оборону. Всего полтора десятка испуганных врагов. Управимся запросто! В стойбище есть пики, луки, другое оружие. На пастбища все это никто не возит. Получится, что уже мы будем с луками и пиками, а вот местным нукерам сильно не повезло. Причем числом мы будем равны. Ты слышишь меня, Чабык?

— Начнется война, чародей.

— Она уже началась, если ты не заметил. Теперь важно лишь то, кто в ней победит. Ты знаешь, где ставит свои юрты семья Хармыка?

Кривой кочевник размышлял всего секунду, потом встал в стременах:

— Дети мои! Пришел ваш час показать, как умеют сражаться воины рода ворона! Саакым, ты охраняешь обоз и стада! Остальные за мной!

— Роксалана, оставайся, — шепнул спутнице ведун и вместе со всеми пришпорил коня."

"В стремительной скачке лошади донесли юнцов до чужого селения всего за полчаса. Двадцать с небольшим юрт, вытянувшихся вдоль тонкого ручейка. Возле самого большого дома разлился затончик.