Ведун. Книги 1-18

— Какая странная стена, — погладила она кафель ладошкой. — Как же ее так отполировали? Красиво. Тепло. Хорошо быть мертвым, правда, господин?

— Должен тебя огорчить, — выдавил на мочалку гель Середин. — Ты совершенно жива. И пребудешь таковой еще очень долго.

— Откуда тогда вот это все… странное и невероятное?

— Тебе ли удивляться, девочка? После всего, чего ты насмотрелась за последний год.

— Если я жива — значит ворота Итшахра не открылись? Мир мертвых не соединился с нашим, бог не пришел, мертвые остались мертвыми, война не остановилась…

— Успокойся. Я думаю, Аркаим нас просто обманул. Никакой войны не было. Он придумал это, чтобы убедить нас добровольно принести тебя в жертву. Так что радуйся. Мы смогли спастись в самый последний момент.

— Да? Но у него во дворце все равно было хорошо. И самоцветы. Жалко, они так и остались там.

— Не жалей. Мы бы все равно не получили ни одного камушка.

— Почему, господин?

— Если про нападение Раджафа нам сказали правду, в чем я сильно сомневаюсь, все сокровища достались бы ему. Если нет — то, принеся третью жертву, Аркаим убил бы нас и оставил сокровища себе. Зачем ему отдавать такое богатство каким-то бродягам? Он поражал нас своей щедростью, чтобы мы доверились ему, чтобы трудились на него. Он ведь понимал, что зимой мы все равно никуда из Каима не денемся. Сказал, что сундуки самоцветов наши — но на деле собирался выполнить все жертвоприношения еще до ледохода. И все, мы ему больше не нужны. Можно топить в проруби. Бесплатно и без хлопот. Зачем делать из нас врагов, если можно посадить на такой поводок, чтобы мы сами себя и сторожили, и защищали, и на алтарь легли? Да еще и брата его за просто так разгромили! Подними руки, я тебя намылю.

— Все равно жалко, — послушно вскинула локти Урсула. — Ведь мы могли бы открыть врата Итшахра, соединить мир мертвых и живых, сделать его общим. И тогда все мертвые стали бы живыми.

— И в этом я тоже сомневаюсь.

— Почему?

— Пока я был там, в вашем мире, я воспринимал слова пророчества точно так же. Но у разных времен разные оценки. Вернувшись сюда, я сразу вспомнил очень о многом, что вам, к счастью, неведомо. Понимаешь, наши мудрецы придумали такие бомбы, что, если бросить на город всего одну, он превратится в обгорелую яму. А несколькими такими бомбами можно уничтожить целую страну. Начав войну такими бомбами, можно за один час сделать землю еще более мертвой, нежели мир мертвых бога Итшахра. Еще у нас придуманы такие хитрые… запахи — чесночный, ореховый. Если распылить его в чужой стране, там умрет все живое. А если начать запахами воевать, умрет все живое на земле. Еще мудрецы приучили лихоманок нападать на чужие города. Если начать воевать ими, то все живое умрет от болезней.