Ведун. Книги 1-18

Да и когда не родственники — всё едино лучше вместе держаться. Так много селений-то в здешней земле?

— Селезни тут недалече, за лесом зараз налево тропа пойдет. Глазок от мельницы по правую руку будет, Горелово за ним. Стежки, Козлов ближе к Кшени срублены, Долгуша еще останется да Сурава наша.

— Пять, шесть, семь, — закончил загибать пальцы Середин. — Ну, коли с каждого поселка по три десятка ратных, то меньше полутора сотен никак не выйдет. А с полутора сотнями мы и Чернобога из-под земли достанем да бороду ему выщиплем. Ну, давай, Малюта, погоняй! Что ты, как мертвый? И так застоялись лошади. Гони!

На рысях лошади промчались через сосновый лес минут за пятнадцать, после чего трое путников повернули налево, галопом пролетая над длинной лентой заливного луга, раскинувшегося по сторонам от прозрачного мелководного ручья. Когда позади осталось километров пятнадцать, лошади начали задыхаться, и путники перешли сперва на рысь, а затем на широкий шаг. Где-то еще через час впереди показались высокие деревянные стены — ручей впадал в реку аккурат вдоль одной из стен деревни,

— Чегой-то тихо в Селезнях ныне, — насторожился Лабута, привставая в стременах. — Ни тебе лодок на воде, ни баб у мостков, ни мужиков в поле. Самое ведь время под озимые пахать, коли не припозднились уже…

Олег промолчал, чуя недоброе.

Всадники опять перешли на рысь. Дорога отвернула от ручья, обогнула заболоченную ложбинку и направилась прямо к воротам. К воротам распахнутым, никем не охраняемым.

От селения не доносилось ни мычания скотины, ни стука топоров или звона молота, ни криков переговаривающихся издалека людей. Ничего.

— Хватит, — натянул поводья Середин. — Не нужно нам туда заезжать. И так ясно, что увидим…

— Ну, надо же… — вытянул из-за пазухи и зажал в руке ладанку бортник. — Самая богатая ведь деревня была. На реке выстроена, торговые гости часто от непогоды укрывались, припасы в путь прикупали. Ладьи стояли, рыбы ловили вдосталь. Сестра моя двоюродная сюда за кожемяку пошла годов десять назад. Дом у них у ручья стоял, калитка там была вырублена. К реке и ручью, шкуры выполаскивать… Подожди…

— Не нужно, — перехватил за поводья его коня ведун. — Хорошего ты там не увидишь. Только терзаний лишних на душу добавишь. Не нужно. Про Селезни половцев спросишь, когда мы к ним в гости придем. А ныне — поехали назад. Запомни, что увидел, да и поехали. Давай…

Середин развернул кобылу, поскакал назад по дороге, ведя скакуна рыжебородого в поводу, как заводного, и только спустя несколько километров отпустил. Оглянулся. Малюта мчался метрах в ста позади. Что же, мальчишку не потеряли — и то хорошо.