Ведун. Книги 1-18

Что же, судя по всему, ситуация для ведуна складывалась не самая печальная: он всё-таки оставался живым, его не выкинуло из тела в полное небытие. Но и жить так — без сна нормального, с постоянной угрозой превратиться в людном месте в ничего не смыслящую истеричку — тоже нельзя. Нужно что-то делать…

* * *

Утром, когда петухи вдоволь прокричались, а с разных сторон деревни начали доноситься то стук, то ржание лошадиное, то ругань, свидетельствующие о том, что Сурава проснулась, ведун выбрал из поленницы охапку дровин понеказистее, высыпал их на утоптанную площадку перед кузней, запалил. Когда пламя разгорелось ему чуть ли не по пояс, вилами зацепил рядом с берегом пук тины пополам с покрытыми синей плесенью водорослями, кинул на костер. Огонь исчез, а к небу поднялся густой черный столб дыма. Ведун постоял несколько минут, глядя на деяние рук своих, а когда услышал позади торопливый топот — обернулся, окинул взглядом спешащих с ведрами баб и мужиков:

— Что, сбежались? Пожара, никак, испугались? Дружно все справиться решили?

Люди столпились в проулке, несколько успокоившись. Они поняли, что огонь селению не грозит, но пока недоумевали, что происходит.

— Да разве это беда, люди?! Разве огонь — это беда? Ну, сожрет он дом-другой, ну, попортит вам сараи. Так за пару дней вы ведь опять всё отстроите! Беда — это набег вражеский. Они не за добром, они за жизнями вашими приходят, за детьми вашими, за вами самими, чтобы в скот покорный превратить! Любо вам это, а, люди? Что же вы против огня ополчаетесь, а супротив половцев — нет?!

Тоска, подобно тошноте, уже рвалась наружу, удерживаемая только огромным усилием воли. Но когда прозвучали последние слова, она замерла где-то под горлом, заметно ослабив свой напор.

— А ну, скажи, Захар, — ткнул пальцем в старшего ведун. — Скажи, разве успокоятся степняки, коли дорогу к селениям вашим проведали? Разве не станут набегать каждый год, а то и по паре раз за год, пока не выскребут все погреба и амбары до донышка, пока не переловят всех, кого продать в неволю можно? Что, так и станете жить в покорности? Думаете по схронам отсидеться, каждый раз по трое-четверо неудачников отдавая? Не спрячетесь! Навсегда удачи и везения не хватит! Бить их надо, люди! Бить в зародыше, пока они вас не истребили! В логово их пойти, да и вырезать выродков, дабы другим неповадно было!"

"— Поди их, вырежи, — недовольно скривился Захар. — А ты знаешь, где логово их самое? Куда бить их идти? Степь большая, племен много. Поди угадай, кто тропы наши разнюхал. Опять же, половцев, сказывали, больше сотни было, если не две. А средь нас сколько ты ратников соберешь? Тридцать дворов, полста мужиков, да каждый третий али стар уже, али немощен.