Четвертый брак черной вдовы

Катарина бросилась к окну и в отчаянии прикусила палец: Хоэль настиг гостя возле самой калитки и, весьма неуважительно схватив за шиворот, поволок в сторону розовых кустов."

"Лусия, увидев подобное неуважительное обращение к гостю, ахнула и хотела бежать на помощь, но Катарина удержала ее.

— Но дон Тадео, — лепетала компаньонка. — И это чудовище, — тут речь шла явно не о доне Тадео. — Что он хочет?!

Катарина сделала ей знак молчать и перебежала к другому окну, откуда было прекрасно видно обоих мужчин.

Хоэль выбрал для беседы укромное место, и Катарина оценила его поступок — из-за кустов трудно рассмотреть с улицы, что происходит. Зато от окна все было прекрасно видно и слышно, и как раз в этот момент Хоэль взял дона Тадео за отвороты камзола и решительно встряхнул.

— …не позволю, чтобы о моей жене ходили сплетни, — закончил Хоэль фразу. — Если еще раз притащишь ей что-нибудь из этих паршивых вееров.

— Это знак внимания! — храбро заявил дон Тадео и попытался освободиться от хватки герцога дель Астра. Ему удалось это с третьей попытки.

Впрочем, Катарина была уверена, что ее муж сам отпустил его, иначе дон Тадео не обрел бы свободу даже с попытки десятой.

— Ты будешь на это смотреть?! — шепотом закричала Лусия. — И подслушивать?!

Катарина снова сделала ей знак молчать и прислонилась плечом к оконной раме, стараясь оставаться незамеченной, но самой замечать все.

— Я куплю ей этих вееров сто штук, — сказал Хоэль. — В твоем внимании она не нуждается, и послушай меня…

— Купите?! — голос дона Тадео зазвенел. — На какие деньги? Все знают, что вы лишены состояния и земель! Сейчас вы нищий, и живете на шее у жены. Содержанец! — бросил он в лицо Хоэлю, не скрывая презрения.

Ответом послужил короткий удар кулаком в живот. Дон Тадео захрипел и начал оседать на землю, но Хоэль подхватил его под мышки, услужливо подставив плечо.

Катарине стоило огромных усилий удержать Лусию и одновременно зажать ей рот, чтобы не крикнула. Компаньонка извивалась в ее руках, как змея, но Катарина была сильнее, и Лусии пришлось смириться.

— В морду бы тебя приложил, молокосос, — сказал Хоэль, пошлепывая дона Тадео по щекам, чтобы приходил в себя поскорее, — но ведь скажут, что ты наставил мне рога, и за это я тебя побил. И честь доньи Кошечки пострадает.

— Я люблю ее! — прохрипел дон Тадео. — Она взяла вас в мужья из жалости, вы ей не пара! Каторжник! А я предложу ей любовь и верность.

— Продышался? — Хоэль воровато оглянулся по сторонам, и Катарина отпрянула от окна, а потом опять осторожно выглянула.

Дон Тадео уже довольно уверенно стоял на ногах, а Хоэль заботливо поправлял на нем сбившийся камзол, а потом поплевал на ладонь и пригладил благородному дону растрепанные волосы на макушке.