Вдова на выданье

— Все врешь, и про денежный интерес, и про мои к купцу чувства…

Лариса дернула плечом, скакнула от меня в сторону, не вставая с кровати, а затем поднялась, по широкой дуге обошла сундучок, подошла к бюро, взяла зеркальце и принялась прихорашиваться, не обращая уже никакого внимания, что я торчу у нее за спиной.

— Ты просила устроить брак с Ермолиным, Липа, — твердо повторила Лариса. — Твоя воля, даже полгода траура не выждала. Я тебя сватала по праву родни твоей. Жене его уже недолго осталось, только ты, — она обернулась, и я успела заметить в ее руке крошечные острые ножницы и быстро отпрыгнула, — ты все испортила.

Накинется или поостережется?

— Агафья Самсоновна тебя в доме примет, баба ты добрая, рожавая, — раздувала капюшон, как кобра, Лариса, вместо ядовитых зубов выставив ножницы перед собой. — Только нужна ты им без… детей, — вовремя поправилась она. Да-да, ножницы тебя не спасут, дорогая. — Нарожаешь новых. Не была бы плодовита, с рук тебя уже не сбыть.

— А деньги?

— Ты нищая! — Лариса, размахнувшись, бросила ножницы на бюро. Не сказать, чтобы мне полегчало, я предпочла бы полную ясность в ее словах, и стой она хоть со связкой гранат. — Я твоей утробой тебя просватала! На что ты еще годна? Ермолиным — дети, тебе — дом да горячий хлеб! Ни слова я не сказала Агафье Самсоновне про твою страсть, поди с глаз моих прочь, видеть тебя, развратницу, гадко!

Я, конечно, не подчинилась, хотя бы уже потому, что уйти я должна по своей воле, иначе в следующий раз придется опять начинать все сначала и объяснять Ларисе, кто здесь хозяин положения. Я стояла и раздумывала — вероятно, Липочка была не так и глупа, или ей пару умных мыслей нашептала все та же Парашка. Забрать детей от купца и из приории можно в любой момент, а какими бы ни были Ермолины бедными, вряд ли живут в таком дерьме, как мы. Липа могла рассчитать, что выйдет замуж, забеременеет, родит, вызволит детей от первого брака и устроит свою новую жизнь пусть не в роскоши, зато не в подвале.

Ермолиным же, с учетом болезни первой жены, наследники, причем как можно больше, желательно мальчики, актуальны. А вдова, благополучно родившая двоих, это гарантия. Печальный случай бедняги Обрыдлова я в расчет не брала."

"— Пока Авдотья Ермолина жива, планам нашим не суждено сбыться, — глубокомысленно протянула я, заставив Ларису сперва окаменеть, затем закрыть лицо руками, потом опустить руки, выпрямиться и вздохнуть. Тон мой сейчас был таким, словно мы беседовали как две заговорщицы, и будь Лариса попросвещенней и посмекалистей, сбежала бы сама, сверкая пятками, потому что вела я себя как человек с явным психическим расстройством. — И денег нет, так жить нам с тобой под одной крышей, а жемчуга, — я указала на нитки, и Лариса тут же прикрыла их рукой, — продать придется, милая.