Ваше Сиятельство 7 (СИ)

Скрипнув зубами, он простонал и то ли от боли, то ли от пришедшей мысли: самые большие глупости, которые он совершал за последнее время, были те, что он делал по просьбе Принцессы Ночи. Да, он любил ее, но все это было уже через край. Своей уступчивостью он делал хуже прежде всего ей самой.

Талия схватила Элизабет за волосы, приподняла ее голову и со всей злости ударила об пол, надеясь, что хотя бы это вернет ее в чувство. Пристрелить англичанку в беспамятстве, было бы слишком слабым наказанием для нее. За то, что она едва не убила ее жениха, Талия была готова разорвать эту похотливую дрянь на кусочки.

— Пожалуйста, не убивай ее! — теряя силы выговорил Родерик. — Мы виноваты, а не она!

— Что ты несешь, Гена?! Я должна это сделать это ради тебя! За тебя! За твои раны и за все прошлое с ней! — Принцесса Ночи встала, с размаха пнула Элизабет в бок и навела остробой на ее грудь.

Она была уже готова нажать на спусковую скобу, когда возле стола слева вспыхнуло золотистое сияние. Его цвет в один сместился к оранжевому. Сияние обрело форму огромного миндального зерна, которое треснуло посредине и там проступила женская фигура, облаченная в сияющие одежды.

— Аид дери! Кто это еще?! — выругалась Талия, отступая ближе к раненому князю.

Через несколько мгновений фигура богини перестала быть прозрачной — она полностью обрела земное тело.

— Не знаешь, кто я? — стальным голосом и как-то недобро спросила вечная Евстафьеву.

— Наверное, богиня. Знакомая, Елецкого, да? — догадалась Талия, опуская оружие, и представилась с неуместным пафосом: — Я — Принцесса Ночи. Если что, лучшая подруга графа Елецкого.

— Его подруга и женщина, которая ему небезразлична сейчас лежит на полу. Ты ее едва не убила. И все, что здесь случилось, произошло по твоей вине! — глаза Геры пронзительно смотрели на баронессу Евстафьеву.

— Ты ошибаешься. Подруга Елецкого я, а это, — Талия глянула на Элизабет, — обычная шлюха из Лондона. Она хотела увести моего жениха и пришла в наш дом с непристойными желаниями.

— Заткнись, ничтожество! Смеешь спорить со мной?! Я тебя сожгу вместе с этим домом, который не может принадлежать ни тебе, ни смертному, заняышему это тело! — Гера бросила негодующий взгляд на князя, взмахнула рукой, и облако полное красных искры накрыло Талию.

Госпожа Евстафьева едва сдержалась, чтобы не заорать. Ее словно сдавило, объяло пламя, проникающее под кожу и прожигающее насквозь. Слезы покатились из глаз баронессы от боли и непонимания происходящего. Все-таки она не закричала, сжала кулаки и отступила, прикрывая собой князя. Талия подумала, что если богиня нашлет на него тот же жар, то князь не выдержит — умрет. Если еще не умер. Ведь он в последние минуты не подавал признаков жизни.