Варварский берег

Появление туарегов осталось незамеченным – через Константину постоянно проходили и проезжали, на повозках и верхом. Перекресток.

Ближе к морю земли стали выглядеть богаче и приветливей – вокруг раскинулись виноградники, оливковые рощи, чащи пробкового дуба и миндаля, пастбища, сады и поля.

Всё цвело и пахло. Даже места для ночевок походили на райские кущи.

Амеллаля красота природы подвигла на амурные приключения. Однако стоило ему приблизиться к Елене, переходя невидимую, но подразумеваемую грань, как острый клинок уперся туарегу в бок.

Мелиссина улыбнулась и сказала:

– Я замужем, Амеллаль. Не балуйся.

Кочевник отошел, еще больше зауважав предводительницу.

Удивительно, но всю дорогу до Алжира отряд Хеллен одолел без приключений. И вот он, белый город у синего моря!

– Нам нужно в Касбу! – возбужденно крикнул Саид. – Пираты там кучкуются, и Корнелий с ними!

– Веди, – обронила Елена.

Построенная на развалинах римского Икозиума, крепость Касба стала городом в городе.

Пират Хайр эд-Дин, прозванный Барбароссой, возвел здешние дома, зажимавшие узкие улочки, обнес их крепкими стенами и крутым валом, укрепил фортами и башнями.

Тысячи рабов годами обтесывали камни и обжигали черепицу, лишь бы только грозная фортеция стала надежным убежищем, куда вход ворогу заказан.

Город за стенами Касбы представлял собою россыпь белых домишек, выше которых задирались только перистые листья финиковых пальм.

Кое-где надо всею этой одноэтажностью поднимались мечети. Аль-Кбир была самой старой, зато мечети Кетшауа и Аль-Джадид, стоявшие рядышком, отливали новизной.

Впрочем, вниманием Мелиссины владели вовсе не достопримечательности, а население. Его не было.

Словно в пору нашествия, все жители попрятались, а по улицам носились отряды вооруженных молодчиков, кричавших что-то непонятное и воинственно махавших ятаганами, скимитарами и прочими железяками.

– Саид! – окликнула Елена. – Выясни, что происходит!

Кулуглис поскакал к перекрестку, куда сходились три кривые улочки. Туда как раз выходила, вернее, выбегала толпа янычар – от силы двадцать душ.

Потрясая ятаганами, они орали вразнобой:

Мелиссине было видно, как Саид попытался расспросить янычар, а те окружили его и живо стащили с седла.

– Вперед! – резко скомандовала Елена, понукая мехари. – Надо спасти Саида! Он наш!

– А янычары? – уточнил Амеллаль.

– Убить всех, кроме одного! Этого прикончим потом, когда он выложит нам всё!

Туарегам только скажи…

Крепконогие верблюды врезались в толпу, беснуясь и ревя. Исторгая дикие крики, кочевники с высоких седел разили неприятеля копьями и старинными, очень длинными мечами, бог весть с каких веков сохранившимися.