Варварский берег

Очень кстати!

Умолов свою порцию, Олег сошел на берег и поднялся на скалы.

Ветер унялся, хоть гребешки волн и белели пеной.

Как разразилась буря, так она и разрядилась. Бешено мчавшиеся тучи обещали рассеяться уже к полуночи.

Сухов внимательно оглядел море, но ничего, кроме гонимых ветром валов, не обнаружил – ни кораблей, ни обломков.

Солнце, алое, словно умытое, уже касалось краем горизонта, собираясь заходить.

Чувствуя сильнейший позыв к одиночеству, Олег присел на причудливо изогнутый ствол старого можжевельника и погрузился в неспешные думы.

О прошлом. О настоящем. О будущем.

– Всё будет хорошо, – уверил он себя, – и даже лучше!

Со стороны бухты донесся взрыв хохота, а после чей-то сильный голос запел старинную пиратскую песню.

Сухов улыбнулся: его люди неисправимы. Хоть трижды делай их законопослушными моряками флота его величества, в душе они всё равно останутся пиратами.

Радуются небось добыче…

Солнце кануло за море, оставляя на плаву ослепительный краешек, разлитое золото, и вскоре погасло.

И в тот же миг вспыхнул зеленый луч – словно язык яркого и дивного изумрудного пламени вырвался из-за горизонта.

Олег вздрогнул, моментально вспомнив о письме Флоры. Он хлопнул себя по груди и успокоился – на месте.

Быстро темнело, буквы можно было и не разобрать, а посему Сухов подхватился и бегом спустился со скал.

По трапу взбежал на палубу шебеки, а уже с нее перебрался на «Ретвизан».

Рассеянно хлопая по плечам знакомых и друзей, он быстро прошагал в свою каюту. Зажег все свечи в роскошном канделябре, сорвал с шеи футлярчик и вскрыл его.

Сразу же повеяло тонким запахом духов.

Олег грустно улыбнулся и развернул письмо.

Вздохнув, Олег позволил письму скрутиться.

Откинувшись в кресле, он стал бездумно смотреть за окно, где пронзительно-синие сумерки наливались чернотой ночи.

Елена здесь. Новость не поразила его. Прекрасно зная характерец Алёнки, можно было ожидать чего-то подобного.

А Шурка с Яром и Паха с Жекой попали сюда из 2014-го! Два года его не было рядом с прекрасной Мелиссиной.

А долготерпением его возлюбленная не страдает. Это только звучит мило – Алёнка. Так и видится робкое, красивое, слабое создание… Ага! Щаз-з!

Не дай вам Бог вывести из себя робкую Алёнку! Недаром она и замуж не шла ни за кого, не желая жить со слабаком.

Сухов усмехнулся. Сама по себе женитьба уже статусна, коли невесту зовут Елена Мелиссина!

Можно гордиться собой и щеки надувать.

Упруго поднявшись, Олег развернул карту Сардинии, прижав углы чернильницей, песочными часами, пистолетом и бутылкой-луковицей, в которой плескался недопитый ром.

Вот он, клочок суши, окруженный водой, близко к южному побережью Сардинии.