Варварский берег

– Видишь того худого араба в белом бурнусе? – прошептала Лейла. – Это Толстый Абдулла, большой охотник до женщин. Он самый опасный из них изо всех. Тебе туда.

Презрительно фыркнув, Елена продефилировала на солнце, дразняще покачивая бедрами.

Ее бесили эти вонючие мужики, вздумавшие торговать бедными невольницами. Пусть у них хоть во рту пересохнет!

Появление новой красотки оборвало разговоры. Торговцы буквально пожирали Мелиссину глазами, а она отвечала им неласковой усмешкой.

Юсуф подсеменил и прошипел:

Елена оглядела сборище купчиков, потевших от вожделения, и небрежно стянула платье. По патио пронесся стон.

– Пять тысяч курушей! – воскликнул Толстый Абдулла. Его остроносое лицо со впалыми щеками казалось изможденным.

– Семь тысяч! – подпрыгнул жирный, расплывшийся турок, колыхнув всеми своими многочисленными складками.

– Десять тысяч, – веско сказал бронзовокожий мавр великанского роста в роскошном тюрбане, спокойно разглядывавший Елену и, судя по всему, получавший от этого чисто эстетическое удовольствие, без налета эротики.

– Пятнадцать тысяч! – выдохнул Абдулла, бледнея.

– Двадцать пять тысяч, – объявил мавр, и всеобщий выдох словно обозначил границу допустимого.

Ни слова не сказав, перекупщики словно признали: «Я – пас!»

Юсуф-челеби сделал суетливый жест Мелиссине: одевайся! Продана.

Елена прошла в дом, окунаясь в тень, как во мрак, а в ушах всё звучала цена, за которую ее продали. Ее! Продали!

Лейла сунула женщине в руку чашу с соком, и Сухова выпила его весь.

Ничего… Это еще не конец света.

Показался Юсуф, и Мелиссина еле сдержалась, чтобы не сдавить его грязную шею. Побрезговала.

– Тебя уже ждут, Хеллена, – сообщил торговец.

Небрежно подвинув Юсуфа, в комнату шагнул покупатель, тот самый мавр.

Дорогой халат еще пуще увеличивал его размеры, а голову увенчивал большой тюрбан, разукрашенный бусами и павлиньим пером.

– Меня зовут Каравулык, – представился он. – Я – кызлар-агасы, глава темнокожих евнухов гарема его императорского величества Мехмеда IV, падишаха Высочайшего Османского государства. Я доволен увиденным. Лелею надежду, что мой великий господин оценит по достоинству такую одалиску, как ты.

– Посмотрим, – вымолвила Мелиссина.

Дюжие османы окружили ее и повели, следуя за Каравулыком. Главный евнух шагал, не оглядываясь, к пристани, где слегка покачивался турецкий фрегат со смешным названием «Йылдырым», что означало «Молния».

Юсуф-челеби семенил рядом с Каравулыком, оживленно болбоча.

Всё произошло, когда процессия миновала колоннаду, запиравшую площадь Мучеников.

Грянули два выстрела, поразившие Юсуфа, и на османов набросились туареги.