Варрэн-Лин: Узы Стаи

— Эй, Хоегард, — Шторос обернулся и легонько пнул босой пяткой лежащего в стороне товарища. — Нашей женщине нас двоих мало. Иди, помогай.

Шторос схватив Динку за подбородок двумя пальцами приподнял ее голову и начал властно требовательно целовать, проникая языком к самому горлу.

— Я воздержусь сегодня, — тихо ответил Хоегард, не пошевелившись.

— Я тебе воздержусь! — рявкнул Шторос, на миг отрываясь от Динкиных губ и с силой пиная Хоегарда в плечо. Хоегард неохотно развернулся и подполз к ним.

— Хоегард? — шепнула Динка, не прекращая двигаться и постанывая от пронзающего ее тела удовольствия.

Хоегард оседлал бедра Тирсвада и накрыл ладонями ее грудь, сжимая соски между пальцами, а сам прижимаясь губами к ее шее.

— Я здесь, малышка, — прошептал Хоегард ей на ухо, вопросительно поглядывая на Штороса.

— Хочу тебя! — Динка прикрыла глаза и со стоном откинула назад голову, подставляя шею губам Хоегарда. На грудь ей легли руки Штороса, бережно укладывая ее спиной на лежащего внизу Тирсвада. А Хоегард удобнее устроившись верхом на бедрах Тирсвада, подхватил ее под колени, чтобы не давить ей на живот, и, медленно ускоряясь, начал входить в ее лоно. Динка ахнула от новых ощущений, хватаясь за руку Штороса, которая все еще лежала на ее груди, и сжала внутри себя член Тирсвада. Он теперь был неподвижен, но каждый толчок Хоегарда, передающийся ему через тонкую перегородку внутри Динкиного тела, срывал с его губ хриплый стон удовольствия.

Динка облизнула пересохшие губы, и тут ей на язык упала сладкая капля «огненной воды». Динка жадно слизала ее и снова приоткрыла рот. За первой каплей последовала вторая и третья. Динка приоткрыла глаза, чтобы понять, что происходит, и увидела сидящего над ее головой Штороса. Он снова ласкал сам себя, двигая рукой вверх и вниз по своему члену, у самого ее лица. А с влажного, омытого из сосуда, члена ей на губы капала красная «вода» со вкусом топленого молока.

Динка, застонав от бесстыдного жгучего вожделения, заходящего при виде члена Штороса на новый круг, потянулась губами к нему. Шторос не заставил себя долго упрашивать, и вот уже третий член проник в ее тело, скользя нежной чувствительной головкой по ее губам, языку и настойчиво продвигаясь глубже.

Мужчины стонали на три голоса, сжимая ее в объятиях, а Динка не могла издать ни звука, потерявшись в ощущениях, каждое из которых сводило с ума своей чувственностью. Наслаждение разрывало ее на части, но в то же время и соединяло в единое целое с тремя мужчинами. Из глаз катились слезы, а по телу прокатывались сладкие судороги. И Динка тонула-тонула-тонула в этом океане блаженства.

Когда все закончилось, мужчины растянулись вокруг нее и мгновенно засопели.