Вампирский роман Клары Остерман

Но всё что в нём есть хорошего – всё отравлено его гадкой подлостью.

Тео стал для меня сказкой. Прекрасной жестокой лживой сказкой, которая закончилась. Пора взрослеть, Клара.

– Пора взрослеть, Клара, – произнёс Тео, и я удивлённо вскинула на него глаза.

Может, он и вправду умел читать мои мысли? Может, он действительно моя вторая половинка, судьба, человек, который предназначен богами, вселенной, роком? Тот единственный, кто мог бы до конца понять и принять меня?

Иначе откуда Тео так хорошо всегда знал, что я думала? Как он мог так ловко и умело делать мне больно?

Ведь если всё же существуют на свете высшие силы, если имеет хоть какую-то власть над людьми предназначение, если эти золотые нити, что тянутся от наших душ, и вправду есть – а я знаю душой и разумом, что это так! – то разве не удивительно, что именно нас с Тео связала судьба? Ведь я узнала его сразу… сразу…

Но, наверное, мне никогда уже не найти ответа на этот вопрос.

А дальше всё происходило слишком быстро.

– Спасибо за всё, Клара, – прошептал Тео мне почти в губы и, отстранившись, проковылял к столику, на котором лежала путэра. – Если хочешь… если ещё хочешь… оставайся со мной.

Голой рукой он схватил золотой шар, и на мгновение констанц погрузился в полную тьму, а в следующий миг огонь загорелся в руках Тео.

А корабль затрясло и начало мотать в стороны.

– Стой! – во вспышках света, совсем как тогда, на маскараде, я увидела рогатый силуэт, сбегавший с капитанского мостика.

Но Тео не слышал его, поглощая силу из путэры. Вены его загорелись золотом. В яркой вспышке я увидела перекошенное лицо отца, и Шелли, выхватившего револьвер, а потом снова стало темно.

Так темно, что различить что-либо смогли только двое: я и Тео.

А он прытко, как зверь, подскочил к моему отцу, занёс руку для удара.

Я кинулась наперерез, сбила с ног, и мы покатились по рубке к входному люку.

Тот распахнулся, и нас выбросило на палубу.

Колючий снег, почти ледышки, что полетели с вдруг ставших невероятно близко облаков, закололи лицо.

Остальные кинулись следом. Мы кубарем катились по палубе, как два сцепившихся кота.

– Хватит, Клара! Он должен умереть.

Ногтями, что вдруг вытянулись и стали изогнутыми, точно когти, Тео вцепился в путэру, едва не раскалывая её напополам.

– Отдай! Ты её сломаешь! – закричала я.

И хрустальный шар в наших руках и вправду треснул. Пронзительный звук разнёсся по палубе."

"Порыв ветра вдруг покачнул констанц, и палуба снова накренилась. Мы все покатились к перилам. Тео толкнул меня вперёд, я завизжала, пролетела несколько локтей и угодила в руки к Давыдову. Он схватил меня за запястье, сам вцепился в поручень, но меня уже перебросило через перила, прямо в бездну над столицей, раскинувшуюся под набравшим высоту кораблём.