Штамп на сердце женщины-вамп

– Теперь, братцы-кролики, слушайте меня, – сказала Флора. – Очень внимательно. Знаю, на что намекает Генка. Мария Ивановна, когда меня с младенцем выписали, заявила: «Не наша порода. Не демидовская. Ни на кого не похожа». Геннадий думает, что я дочь нагуляла. Ладно, скажем ему правду.

– Она моя дочь, – поспешно заявил младший брат, – стопроцентно.

– Я бы на твоем месте анализ ДНК сделал, – посоветовал Геннадий, – девчонка на тебя конкретно не похожа! Ни лицом, ни характером. Я бы засомневался и, чтобы себя успокоить…

– Если еще раз услышу о том, что я родила девочку не пойми от кого, изменила мужу, то отвечу адекватно, – спокойно сказала Флора. – Марфа поступила глупо, когда она выздоровеет, я приму меры, накажу ее. Но о Риверсе слышать не желаю. Иначе я…

– …отвечу адекватно, – засмеялся Геннадий. – Ух как страшно, я прямо вспотел. Что ты сделаешь? Подсыплешь мне пурген в чай?

– Да нет, – пропела Флора, – поеду к Светлане Зинкиной и заставлю ее рассказать правду об Артеме. Думаю, ее интересно будет послушать редактору «Желтухи». Гена, чего притих? Понял, какие неприятности у тебя начнутся?

Послышался звук шагов, затем хлопок двери, похоже, Флора ушла.

Глава 19

– Светлана Зинкина, – пробормотал Миша, – знакомые имя и фамилия. Зинкина… где-то я ее слышал…

– Наша соседка по старой квартире, – ответил Гена, – той, что в доме, построенном в начале прошлого века, была. Баба жила в подвальном помещении, чтобы к ней попасть, следовало за лифт завернуть и по лестнице спуститься.

– Точно, – воскликнул Михаил, – рыжая такая, кажется, у нее был брат, имя его не помню, странный парень.

– Сумасшедший, – дополнил Геннадий, – его звали Артем. Злой очень. Шизофреник. Учился в школе для идиотов.

– Вроде детство не так давно было, а все из памяти вымело, – пожаловался Михаил. – А Флора-то откуда про Зинкину знает? Я сейчас еле ее вспомнил. Она дворником работала. Жила в служебной квартире. Но Флорке откуда про нее известно?

Геннадий Борисович кашлянул."

"– Ума не приложу, кто ей насплетничал, хотя правду не скрывали. Дай бутылку воды, в горле першит.

Раздалось звяканье, плеск, Геннадий продолжил:

– Все знали, что Артем странный, способен из‑за ерунды в драку полезть, и не связывались с ним. Родители Зинкиных умерли, когда Светка уже школу окончила, а вот Артем еще в садик ходил. Девушка брата в интернат не сдала, сама стала его воспитывать, хлебнула полной ложкой неприятностей, Артем был неуправляемый. Когда вся история замутилась, милиция выяснила, что Артема из нескольких детских учреждений за агрессивное поведение выгнали и в коррекционной школе у него полно проблем. Я его боялся, когда засиживался в училище, возвращался после девяти вечера.