В тени пирамид

Этот же человек и написал копию эскиза да Винчи, которой и подменили подлинник, висевший в картинной галерее ставропольского купца Папасова.

– Простите, – покачал головой инспектор, – но я окончательно запутался, слушая ваши объяснения.

– Не сочтите за труд, Клим Пантелеевич, поясните, – попросил консул.

Ардашев принялся подробно описывать все события, происходившие в Ставрополе, начиная со своего знакомства с Папасовым и заканчивая последним обещанием Ферапонта первым отыскать злодея. Клима не перебивали и дослушали до конца. В кабинете повисла гнетущая тишина.

– Вот оно в какой узел всё завязалось, – задумчиво проронил Скипетров. – Получается, этот иеродиакон всё-таки исполнил своё обещание и нашёл злоумышленника раньше вас?

– Однако расследовать преступления – прерогатива полиции, а не консульских служащих.

– Да, это моя работа. Только вот с иностранными злодеями мне пока воевать не приходилось, – честно признался инспектор.

– Убийство православного иеродиакона, только что приехавшего помогать вести службу в самый большой православный храм Каира, – не просто преступление, это международное злодейство. И надеюсь, господин инспектор, местная власть в вашем лице сделает все возможное, чтобы злоумышленник предстал перед российским правосудием, – выразил надежду статский генерал.

– Боюсь, без вашей поддержки мне никак не обойтись.

– Вот Клим Пантелеевич вам и поможет.

– Скажите, господин Нагди, – грустно качнул головой Клим, – где находится тело моего друга?

– В морге городской больницы.

– Нам предстоит решить, отправлять ли покойного в Ставрополь к родственникам или похоронить на церковном кладбище, – произнёс Скипетров.

– У него нет родственников. Он воспитывался в приюте, занимался самообразованием, а потом поступил в духовную семинарию, которую и окончил с отличием, – пояснил драгоман.

– А в монахи что же подался? – спросил консул.

– После окончания семинарии он служил псаломщиком в нашем Успенском храме в Ставрополе. Но для того чтобы быть рукоположенным в диаконы, ему надобно было прежде обвенчаться. Ферапонту нравилась одна дама, но брачный союз не состоялся. Разочарование в женщинах заставило его принять монашеский постриг. После этого его посвятили в иеродиаконы.

– Благонравов, – задумчиво проронил статский генерал по-русски, – надо же, какая фамилия… Набожный был монах?

– Если он был одинок, то зачем терзать его останки? Похороним его на церковном кладбище, где все православные священники лежат. Их там всего трое. Церковь Святого Николая строилась главным образом на деньги почившего в Бозе императора Николая Павловича. Отец Иоаким, думаю, согласится.