Шаг в палеолит

– Что хотел?

– Да вот пришёл и говорит: «Большой шаман Горький Камень, дай в морду, а то если с утра в глаз не получу, весь день прям как не свой».

– Вот что ты за человек, Пётр? – покачал головой Хатак. – Почти такой же старый, как и я, а всё как мальчишка!

«Эх, Хатак, Хатак. Старый-то как раз, пожалуй, я. Всяко постарше тебя буду», – подумал я, а вслух произнёс:

– Да ладно тебе, дед, сам такой. А если серьёзно, пришёл Кулик требовать с меня за детей, которые якобы его, Большое копьё! Представляешь?

Хатак удивлённо выпучил глаза, не веря услышанному."

"– Представляешь, – продолжал я, – требовать! У меня можно что-то попросить, со мной можно поменяться, я вообще могу сам что-нибудь отдать, но требовать?! Я ещё понимаю, потребовал бы отдать детей обратно, но нет, ему сразу мою Прелесть подавай. Ну не дурак ли?

– Кулик вовсе не дурак, и дружки, приходившие с ним, тоже. Вообще-то они – люди вождя.

– Да я и не сомневался. Там и шаман свою крысиную лапку приложил. Ничего, вот шкуры принесут, впредь умнее будут.

– Так вот почему они по стойбищу бегают, шкуры собирают…

– А как ты хотел, старый? Я на них время тратил, разговоры разговаривал, руками-ногами размахивал. Ныне услуги Большого шамана дорого стоят.

– Значит, правда, что они говорят, будто ты победил их колдовством?

– Когда я кидаю дротик в гиену, он летит куда-то туда, но не в гиену. А когда ты кидаешь дротик в гиену, ты попадаешь ей в глаз. Ты тоже колдуешь, Хатак?

– Да, пожалуй что и нет, – ухмыльнулся дед.

– А я думаю, что ты не совсем прав, мой друг. Твой верный глаз, твоя крепкая рука и много-много бросков. Долгие-долгие годы бросков. Это то, что на моём языке называется «опыт», «мастерство», а на твоём можно назвать «колдовство».

– Понимаю, – покивал Хатак, – понимаю. Получается, твой… э-э-э…

– Рукопашный бой, – подсказал я.

– Рукопашный бой сродни тому, как я кидаю дротик. И это значит… я тоже могу научиться рукопашному бою? – сделал неожиданный вывод старый охотник.

Я усмехнулся: вот неугомонный старик!

– Скажи, Хатак, ты можешь научить его, – показал я на Белку, – метать дротики?

– Конечно, могу, – без сомнения ответил он.

– Хорошо метать, – уточнил я.

Хатак, прищурив глаз, осмотрел замершего пацана, что-то прикидывая про себя.

– Да, хорошо метать, может, даже не хуже, чем кидаю я.

– А меня? – ткнул я пальцем в себя. – Только честно.

– Только чуть-чуть, – скривившись и обозначив пальцами, насколько чуть-чуть, ответил Хатак. – Слишком старый.

– Вот и я могу научить пацана рукопашному бою, хорошо научить. А тебя – совсем чуть-чуть. Ты совсем старый.

– Но чуть-чуть, мой друг Пётр, – улыбнулся Хатак, – это больше, чем ничего.

– Намного, намного больше, друг Хатак, – улыбнулся я в ответ.