Игра в «Потрошителя»

Она поставила пакет на стол и протянула Мартину стаканчик:

— Сколько часов, шеф, у вас не было ни крошки во рту? Дождетесь гипогликемии. Бутерброд с экологически чистой курятиной на цельнозерновом хлебе. Здоровая пища. Ешьте.

— Я думаю.

— Ну и новость! О ком?

— О деле психиатра.

— То есть об Айани, — театрально вздохнула Петра. — И раз уж вы о ней упомянули, шеф, докладываю: к вам посетитель.

— Она? — вскинулся инспектор, снимая ноги со стола и поправляя рубашку.

— Нет. Молодой человек весьма приятной наружности. Слуга Эштонов.

— Галанг. Приведи его.

— Нет. Сначала поешьте, жиголо подождет.

— Жиголо? — переспросил инспектор, впиваясь зубами в бутерброд.

— Ой, шеф, какой вы наивный! — воскликнула Петра, выходя.

Через десять минут Галанг уже сидел перед инспектором, по ту сторону письменного стола. Боб Мартин допрашивал его пару раз в доме Эштонов, где молодой филиппинец, одетый скромно, в черные брюки и белую рубашку с длинным рукавом, хранящий непроницаемую мину и ступающий бесшумно, по-кошачьи, казался незаметным. Однако же парня, который явился в департамент полиции, не заметить было трудно: стройный, атлетического сложения, с черными волосами, завязанными на затылке в короткий хвост, наподобие косички тореро; руки ухоженные, на губах то и дело мелькает белозубая улыбка. Галанг снял плащ цвета морской волны, и, увидев классическую подкладку в черно-бежевую клетку, Боб Мартин узнал фирму «Burberry»: к таким вещам ему, с его заработком, не подступиться. Интересно, подумал инспектор, сколько зарабатывает Галанг — или кто-то покупает ему одежду? Элегантный, экзотически красивый, он мог бы сняться для рекламы мужского одеколона с чувственным, таинственным ароматом; Петра, однако, внесла бы поправку: для подобной цели он снимался бы голым и небритым.

Мартин быстро прокрутил в уме доступную информацию: Галанг Толоса, тридцать четыре года, родился на Филиппинах, эмигрировал в Соединенные Штаты в 1995 году, год проучился на высших курсах, работал в туристической компании «Клаб Мед», в спортивных залах и в Институте сознательного программирования тела. Он спрашивал у Петры, что это за чертовщина, и та ответила, что теоретически речь идет об интенсивном массаже позитивной направленности, который, по идее, должен оказывать благотворное воздействие на ткани организма. Колдовство вроде того, что практикует Индиана, заключил Боб, чьи представления о массаже ограничивались грязным салоном с азиатскими девушками в коротких штанишках, с голой грудью и в резиновых перчатках.

— Простите, что отнимаю у вас время, главный инспектор. Вот, проходил мимо, решил зайти поговорить, — улыбнулся филиппинец.

— О чем?

— Буду с вами откровенен, инспектор.