В поисках любви

 – Боишься, наверное, что, вернувшись, не устоишь перед соблазном снова спать со мной? Неужели ты будешь отрицать, что я тебе небезразличен?

Ей хотелось оттолкнуть его и убежать, но он ее не отпускал. Действуя руками и всем телом, он прижал ее к стене.

– Выслушай меня, Эмма. Зачем нам враждовать? Тебе всего-то и надо, что призвать свое сердце простить меня. Мы все начнем сначала. Давай попробуем, Эмма! Вдруг у нас получится? Я так по тебе тоскую! А разве ты не тоскуешь по мне? Неужели этого мало?

– Ты знал, что я прибегу, – не сдавалась она, из последних сил сдерживая слезы. – Поджигая дом моих слуг, ты, может быть, не хотел меня напугать, а просто решил завлечь меня сюда и снова запутать в свои сети. Не выйдет, Сикандер! Любые твои слова, любые поступки уже ничего мне не докажут. Один раз я тебе доверилась, но больше этого не повторится. Если этот пожар устроил не ты, а твои враги или твои друзья, можешь им сказать, что я все равно не сдамся. Им меня не запугать: я не продам Уайлдвуд и не приползу обратно в Парадайз-Вью. Я остаюсь в Уайлдвуде, и точка. А теперь дай мне пройти. Я сказала все, что хотела. Я ухожу.

Он испытал нестерпимую боль, словно его ударили копьем в самое сердце.

– Для тебя не имеет никакого значения, что я тебя люблю и что ты – первая женщина, которой я это говорю?

Она обернулась. В ее глазах блестели слезы. Эти нестерпимо прекрасные глаза были настолько полны обиды, что ему показалось, что копье, всаженное ему в грудь, поворачивается, причиняя дополнительные страдания.

– Было время, когда имело бы. Как много эти слова значили бы для меня тогда! Но не теперь. Слишком поздно, Сикандер. Теперь я только и думаю, что о скрытых мотивах твоих поступков. И не вздумай утверждать, что их не существует. Возможно, они незаметны тебе самому, зато передо мной они как на ладони. И прошу больше меня не задерживать!

Он понял, что все его доводы и уговоры бесполезны, и посторонился. Эмма бросилась от него прочь со всех ног.

Глава 24

За десять последующих дней Эмма получила не одно, а целых четыре предложения продать Уайлдвуд. Набобзада прислал для переговоров с ней своего человека; так же поступили Хидерхан и еще двое, чьи имена ничего ей не говорили. Все они клялись, что пекутся об интересах Сикандера и, разумеется, ее. Она отправила восвояси всех четверых, даже не поинтересовавшись ценой.

Оставалось удивляться, как быстро распространяются здесь вести. Все четыре предложения поступили из Бхопала и Гвалияра, ближайших городов. Любой из четверых потенциальных покупателей мог оказаться заказчиком поджога, призванного ее запугать и сделать сговорчивее. Сам факт этих предложений вселил в нее надежду, что ее заявление на права может оказаться обоснованным.