В поисках любви

Его причины остались невыясненными. Каким-то образом загорелась разноцветная материя, подвешенная под потолком, чтобы на головы обитателей дома не падали насекомые и ящерицы. Эмма полагала, что это могло произойти только от умышленного поджога, и даже подозревала, кто именно мог выступить в роли поджигателя.

Во всей Индии существовал один-единственный человек, которому было бы выгодно сжечь Уайлдвуд дотла. Одному-единственному человеку на свете хватило бы дерзости так с ней поступить…"

"Эмма приказала оседлать Моргану. Она решила отправиться в Парадайз-Вью и предупредить его хозяина, что такими методами ее не запугать. К счастью, при пожаре никто не пострадал, а ущерб оказался невелик. Она не ожидала, что Кингстон опустится до поджога, зато теперь она будет осторожнее: выставит ночной караул и научит слуг, как действовать в случае непрошеных гостей. Но первым делом она выскажет Сикандеру все, что о нем думает, а потом отправит Персивалю Гриффину весточку, чтобы он знал, на кого возложить вину, если с ней случится беда.

Алекс находился в детской, где учил Майкла и Викторию сложению: они прибавляли к четырем деревянным волчкам три медных, чтобы получилось семь. Признав справедливость обвинений Эммы в том, что он мало времени проводит с детьми, Алекс взял за правило устраивать им двухчасовые уроки по утрам и по вечерам. Занятия так его увлекали, что он не терпел, когда его беспокоили в это время.

– Кто там? – недовольно спросил он, не вставая с пола, где сидел вместе с детьми перед коллекцией волчков.

– Мэм-саиб. У нее какие-то неприятности, саиб. Теперь Алекс вскочил.

– Что-то случилось?

– Да, случилось, – сказала Эмма, появляясь из-за спины Сакарама.

Одного взгляда на ее раскрасневшееся лицо было достаточно, чтобы понять: стряслась нешуточная беда. В следующую секунду на него волной нахлынули желание, радость, чувство облегчения. Как же он по ней истосковался! Даже в своей обычной невзрачной одежде и с невообразимой прической она казалась ему ослепительной красавицей. Бессонными ночами он воскрешал в памяти ее лицо, фигуру, улыбку, вспоминал в подробностях их близость, все до одного их разговоры… Теперь он сожалел о своих поступках, ставших причиной ее обид и разочарований.

Он в три прыжка пересек комнату.

– Что произошло, Эмма?

Она неуверенно покосилась на детей:

– Я не решаюсь об этом говорить при детях!

Виктория кинулась к Эмме, путаясь в длинном платье; она еще не успела привыкнуть к английской одежде.

– Мисс Уайтфилд! Папа учит нас арифметике. Еще он читает нам перед сном книжки. Но мне все равно жаль, что вы больше с нами не живете. Я по вам соскучилась!

Девочка обхватила Эмму за колени, и Алекс с удовольствием увидел появившееся на лице Эммы выражение нежности.