В руках насильников. Попробуй выжить!

Черт, если бы я остановила этого проклятого мерзавца чуть раньше, это моя вина… Все моя трусость!

Перевязываю ей раны и показываю ей на дверь, но она смотрит на меня обреченно и качает головой.

– Вставай! Пойдем со мной! Там свобода! – удивляясь, произношу я, но она продолжает лежать и закрывает глаза.

– Милая, ну пожалуйста! Встань! Начинаю плакать от бессилия. Я не могу ее поднять, у меня совершенно нет сил. Да я даже старика остановить не смогла бы, если не случайность. Пытаюсь поднять ее, но она словно сама сопротивляется. Не хочет! Машет рукой, чтобы я уходила.

Я в растерянности стою и смотрю на нее. Потом на дверь. А может быть, правда, уйти, по тихому? Все подумают, что это она убила старика… Кроме матроса, меня никто и искать не будет. Надо бежать!

Подхожу к двери и снова смотрю на избитую. Замираю в растерянности. Душу ест изнутри чувство сострадания… Ну уж нет, я ради нее пошла на убийство, пусть даже и не специально. Я заставлю ее уйти со мной!

Возвращаюсь к ней и начинаю поднимать. Сперва у меня плохо получается, но, через какое-то время, она тоже пытается приподняться. С горем пополам, мне удалось посадить ее на стул.

Она показывает на обожженные руки. Черт, этот подонок здорово сжег ей кожу. Про спину и ягодицы – я вообще молчу.

Хватаю чистую простынь, которую нашла у старика в ящике и рву ее. Благо, ткань от старости и застиранности, рвется довольно быстро. Перевязываю на скорую руку своей напарнице все ее раны и поверх моих импровизированных повязок, помогаю надеть халат, который ей явно не по размеру.

У старого идиота оказывается много чего полезного в ящиках, если поискать.

Приподнимаю мою тяжелую ношу и показываю ей, что надо облокотиться мне на плечо. Она словно тугая на голову, не понимает, что я от нее хочу. Но я вполне могу войти в ее положение, когда меня старик пытал, я и не так тупила!

Она что-то говорит мне, я вообще не могу разобрать ни слова. В который раз жалею, что не учила иностранные языки, когда была возможность! Кто знает, может быть, мне эти знания понадобятся в этом незнакомом мне месте, когда буду пытаться добраться до дома.

Поднять ее наверх – это еще тот квест. Мне кажется, что у меня вот-вот разорвется живот. Снова заболели кишки. Анус загорелся огнем, словно в него снова воткнули мужской стержень. Жуткое ощущение в прямой кишке, могу поклясться, я чувствую, что туда вставили что-то огромное и тяжелое и оно пытается вывалиться из задницы прямо сейчас! Что за наваждение?! Черт, чтобы я провалилась, если я еще раз позволю вставить себе в задний проход хоть что-то!

– Милая, ну ты хоть попытайся передвигать ногами, я не смогу тебя дотащить! – начинаю плакать и умолять ее. Она что-то бормочет и пытается отключиться. Я снова и снова тормошу ее, чтобы привести в чувства.