В руках насильников. Попробуй выжить!

– Вон, смотри! Там земля! Ты знаешь это место?! Ты тут бывала? – показываю ей пальцем на дома какого-то незнакомого мне города, которые видны так отчетливо, словно до них рукой подать.

Девушка оживилась, к моему счастью, и начала делать попытки передвигаться. Но каждый раз, когда она наступала на поврежденную ногу, она вскрикивала.

– Милая, не ори, только не ори! Нас же сразу же заметят! Попытайся дойти, ладно? – снова тащу ее на себе, хотя самой уже хочется от боли кричать и выть. С виду она худая и щуплая, но на деле – достаточно тяжелая ноша!

И вот, когда в очередной раз корабль слабенько качает на волнах, мы вместе падаем на палубу. Моя напарница внезапно для меня, со странной прыткостью, словно она и не умирала только что на мне, просто поползла на четвереньках в сторону спасительного выхода.

Меня это так обрадовало, и я сама, согнувшись в три погибели, засеменила за ней.

Посмотрев на берег, я замечаю матросов, которые складывают что-то в ящики.

– Погоди, замри! – Пытаюсь остановить свою подругу по несчастью и хватаю ее за руку, забыв, что у нее там проблемы.

Она взвизгивает и мое сердце замирает.

– Тише! – шикаю на нее, – Нас поймают! – она смотрит на меня внимательно, но кажется, понимает.

Показываю ей на двух людей с корабля, которые что-то делают с ящиками на берегу. Они так увлечены работой, что кажется, ничего не замечают вокруг.

Сердце стучит так сильно и быстро, что мне кажется, оно сейчас выпрыгнет. Мы ждем уже несколько минут, но проклятые матросы стоят прямо там, где заканчивается зона неволи и начинается суша. Этот мостик из досок, не знаю, как он у них там называется, это все, что нас отделяет от спасения!

Девушка во все глаза смотрит на меня. Кажется, она понимает, что я для нее сделала. И я чувствую за нее какую-то ответственность."

"– Надеюсь, я не пожалею, что спасла тебя, – зачем-то пробубнила я ей вполголоса и тут же мне стало стыдно за свои слова.

Матросы долго что-то перебирают, и вот, один из них собирается подниматься наверх. Сердце оборвалось. Мы сидим притаившись прямо в поле зрения. Если он поднимется и увидит нас, то поднимет панику и нас сразу же схватят…

Оглядываюсь вокруг, назад бежать? Не успеем… Бежать сломя голову? Но куда?

По моему обреченному взгляду напарница понимает, что мы попали и у нас нет выхода. Я ощущаю, как мое лицо побелело и от конечностей отхлынула кровь. Руки и ноги вмиг стали ледяными. Настолько ледяными, что даже стало больно.

Уже слышаться шаги матроса, он тащит на себе ящик. Я обнимаю мою подругу и сжимаю голову в нее, поджав ноги под себя.

– Вот и все, прости, что не смогла тебя вытащить. Я пыталась… Я хотела… – ощущаю, как по моим щекам льются слезы.