Билеты в один конец

– Мам, мам! – зовет Алиса, пока я, погрузившись в телефон, отвечаю Толе и Владу, что не нужно нас встречать, мы сами доберемся на такси. Так точно спокойнее. Для всех.

– Не знаю, Алиса. Маме теперь нужно много работать. Но мы же отлично провели время, правда?

– Еще как! А когда я увижусь с бабушкой?

До сих пор тревожит мысль отдавать дочку на выходные Елене Николаевне. Свекровь умеет говорить убедительно. Она напориста, властна, а эти ее: «я знаю, как лучше», могут сыграть сейчас против. Вдруг начнет давить через Алису, издалека обсуждать с ней, как было бы хорошо, если бы папа и мама снова стали жить вместе и все бы было как раньше. А Толя… Толю иногда переклинивает. Может сорваться, может уехать с Алисой без разрешения – у него свои, извращенные представления о праве отца и мужа. Хотела бы я, чтобы все проблемы решались взмахом волшебной палочки, чтобы все были довольны и счастливы. Но, похоже, так бывает только в сказках. И то – в самом конце.

Поезд мягко замедляет ход, вагоны вздрагивают и, качнувшись, останавливаются. Алиса радостно подпрыгивает, хватает свой маленький рюкзак и смотрит на меня с нетерпением. Мы спускаемся по ступенькам вагона на платформу, забираем чемодан и выходим на улицу. Свежий воздух ударяет в лицо, слегка бодрит, и я окидываю взглядом привокзальную площадь.

– Привет! – вдруг слышится знакомый голос.

Перед нами стоит Лена. Улыбается широко и тепло, и от этого у меня самой на душе становится легче. Ее появление – неожиданное, но такое нужное.

– Тетя Лена! – Алиса бросается к ней с локомотивом в руках.

– Не ожидали? – подхватывает Алису на руки, звонко чмокает ее в щеку, а потом, вернув на землю и приобняв меня, ведет к своей машине. – Подумала, что вы будете уставшие. Захотелось порадовать.

– У тебя это получилось, – жмусь к Лене в ответ.

Как все-таки хорошо, когда у тебя есть надежные друзья, готовые прийти всегда на помощь и просто так сделать приятное.

Мы едем домой, Алиса увлеченно рассказывает Лене о своем путешествии, перебирая каждый момент, как бусинки на нитке. А Лена слушает – действительно слушает, не притворяясь и с интересом расспрашивает о нашей поездке. Я сижу на пассажирском сиденье, молчу, наблюдаю, как за окном мелькает город. Вспоминаю о Минеральных Водах, о нашем с дочерью отпуске, полученных эмоциях. И заканчиваю мыслями о Владе. Я соскучилась по Таранову и оказываюсь совершенно не в состоянии контролировать свои мысли о нем. А он? Хоть чуть-чуть думал обо мне в эти дни?

Вечерняя Москва, суетливая, шумная и как будто встречает неохотно – мы попадаем в длинную пробку. Когда подъезжаем к дому, Лена глушит двигатель.