В канун Рождества

Элфрида подошла к окну, с некоторым трудом открыла его и выглянула. Вокруг все было тихо и спокойно, слышалось, как шелестят ветки в саду под неощутимым, неуловимым ветерком. Мимо с печальным криком пролетели к воде два кроншнепа. Лежащий внизу сад был неухожен: некошеная трава, сорняки, два заржавленных железных кола с обрывками когда-то натянутой между ними веревки. Видимо, за садом уже несколько лет никто не ухаживал, но Элфрида не почувствовала ни разочарования, ни уныния. Общий вид был таким же чудесным, как из гостиной Розы. Поля на склонах, сверкающая синяя вода залива и дальние холмы. Этот вид примирял с унылым домом, да и сад был запущен не безнадежно. Просто растениям, как человеку, нужно немного любви и нежной заботы, и все снова возродится к жизни.

У нее за спиной Оскар сказал:

— Хочу пройтись и осмотреть свои владения.

— Иди-иди, ты лопнешь от гордости, увидев свои сорняки.

Она слышала, как он спустился по лестнице и свистом подозвал Горацио. Вот он уже выходит из кухонной двери в сад, замирает на солнечном свету и осматривается вокруг. А потом, вместе с Горацио, идет по своему участку, словно решив узнать, сколько в нем шагов в длину. Дойдя до покосившегося забора, Оскар остановился и, облокотясь на перекладину, стал смотреть на чаек у залива.

«Надо подарить ему бинокль», — подумала Элфрида. Она наблюдала за Оскаром, и ей казалось, что он выглядит удовлетворенным. Сельский житель наконец-то вернулся домой.

Элфрида улыбнулась, закрыла окно, прошла в спальню поменьше и окинула ее быстрым взглядом. Здесь будет жить Люси. Интересно, хватит ли места для письменного стола? Хватит, если заменить огромную супружескую кровать из темного дуба на узкий диван. Единственный недостаток комнаты в том, что окно выходит на север и света маловато. Может быть, сделать еще окно в западной стене?..

Тут Элфрида услышала шум приближающегося автомобиля, выглянула в окно и увидела, как машина Сэма свернула к дому и остановилась у открытой калитки. Задняя дверца распахнулась, из нее выскочила Люси.

Голос звучал радостно, словно впервые в жизни девочки все устраивалось так, как надо. Чувствуя себя на удивление довольной и даже счастливой, Элфрида сбежала по узкой лестнице, распахнула входную дверь и распростерла объятия. Люси влетела в них и сразу же, с места в карьер, сильно волнуясь, выпалила новость:

Элфрида, чувствуя облегчение и радость, все же сумела подойти к вопросу практически:

— Ну, а школа? Я имею в виду лондонскую?

— О, мама все устроит. Она позвонит мисс Максвелл-Браун и все ей объяснит, и попросит оставить за мной место в школе до следующего лета, если я захочу туда вернуться. И мама хотела поговорить с вами, но Кэрри сказала, что вы уехали, и мама пообещала позвонить в другой раз.