В трущобах Индии

Когда разразилось восстание сипаев, Фредерик де Монморен, получивший благодаря своим подвигам, название Сердара, принял горячо к сердцу дело Нана-Сагиба и своей ловкостью и мужеством едва не способствовал отпадению от нас Индии. В то время как в Европе вас считали уже погибшим, молодой Эдуард, которому тогда было лет шестнадцать, и сестра его Мари поспешили в Индию, получив от лорда Инграхама рекомендательное письмо на имя Сердара, чтобы просить его спасти их отца, находившегося в Гоурдвар-Сикри, осажденном войсками Наны. Встреча молодых людей, не знавших, что у него есть дядя в Индии, и Сердара, не знавшего, что у него есть племянники в Европе, была в высшей степени драматична… «Дядя! Племянник! Племянница! Зять мой!»

— Не шутите этим, сэр Ватсон! — грустно сказал ему Эдуард.

— Да и плакать незачем, мой молодой друг! Вы, впрочем, должны знать, как я вас люблю и далек от того, чтобы желать огорчить вас. Продолжаю. Сердар спас Лионеля Кемпуэлла, который был тогда майором и комендантом Гоурдвара. Во время этой войны Сердар отправился на остров Цейлон с тою целью, вероятно, чтобы произвести там возмущение, но был взят в плен губернатором острова, сэром Вильямом Броуном, благодаря чертовской ловкости Кишнаи, бывшего у него на службе. Приговоренный к смерти вместе с своими товарищами, Сердар бежал с места самой казни. В следующую за этим ночь Вильям Броун был тяжело ранен Фредериком де Монмореном, который был настолько смел, что проник во дворец своего врага. С этого момента между всеми этими лицами начинается настоящее состязание во всевозможных хитростях, засадах, о которых слишком долго рассказывать. Губернатор Цейлона так рьяно принялся за преследование Сердара и назначил такую высокую цену за поимку его, что я всегда думал, — мы, люди полиции, по природе своей всегда несколько подозрительны, — что между этими двумя людьми существовали какие-то другие причины ненависти, которые не могли явиться следствием одной только борьбы в Индии. Весьма возможно, что сэр Вильям был вторым сообщником в знаменитом деле о краже секретных планов, имя которого было скрыто Сердаром.

— О, сэр Ватсон! — воскликнул Эдуард Кемпуэлл, — такое обвинение неблагородно. Простите, милорд, — продолжал он, отвешивая почтительный поклон вице-королю, — но дело идет о чести моей семьи. Губернатор Цейлона женат на сестре моего отца.

— Успокойтесь, Эдуард! — ласково сказал ему сэр Джон. — Ватсон, вы зашли немного далеко.

— С вашего позволения, милорд, — продолжал молодой человек, — я попрошу сэра Ватсона взять обратно свое несколько смелое обвинение.

— Ну же, Ватсон, не портите мне вечера.