В горах пощады нет

"

"Сначала спуск был более-менее приличным для проезда. Но постепенно нижний край того, что они считали в своей ситуации дорогой, стал приближаться к линии капота, а порой и уходить под него. Таким образом, ехали, не видя, что впереди, и Артем Василич даже дверцу открыл и ногу на подножку выставил, выглядывая и рассматривая, куда скатывается сдерживаемая только тормозами машина. Спуск был таким, что любой каскадер мог бы ему позавидовать.

– Нога отвалится… – не пожаловался, а констатировал свое состояние Бессарион. – Я тормоз давлю, а тормоз ногу в обратную сторону давит.

– Сцепление не отжимай, – посоветовал Тамаров. – Коробка передач будет сама тормозить. На первую переключи…

– Движок заглохнет…

– Левой ногой тормози… Правой чуть-чуть газуй…

Бессарион попробовал. Пока он переставлял ноги в непривычное положение, пока левой ногой привыкал к тормозу, «уазик» начал разгоняться, и Тамаров сам потянул кверху рычаг «ручника». Это не остановило, но все же замедлило усиливающееся скатывание автомобиля.

– Если впереди будет препятствие, и я попробую вырулить, нас перевернет, – предупредил Мерабидзе, здраво оценивая свое положение.

– Если будет препятствие, не выруливай, а готовься выпрыгнуть… А вообще там что-то есть впереди… Отсюда не вижу. Попробуй потихоньку влево сдавать. Вправо не проехать… Посмотри слева. Как там?

– Как на автобане – чисто…

– И кати туда…

Бессарион начал осторожно выворачивать влево. Получилось…

Весь спуск по чрезвычайно крутому склону был длиной чуть больше сотни метров. И когда склон стал более пологим, Бессарион даже остановился и вытер рукавом пот со лба.

– Нервничаешь? – спросил Артем Василич.

– Нога давить устала… – не признался грузинский подполковник. – И руль не слушается. Я рулю влево, а меня прямо тянет. Почва мягкая, машина тяжелая… На такую машину бы гидроусилитель руля, и можно было бы ездить…

– А теперь круто вправо… – подогнал водителя Тамаров. – Поехали…

Он теперь сам спешил и не давал Бессариону передышки.

– Человек… – сказал Мерабидзе. – Рукой машет…

Тамаров и сам уже увидел, как со стороны села в гору поднимается немолодой мужчина и машет им рукой.

– Кто-то местный. Ты по-чеченски разговариваешь?

– Немного… – проявил Бесо скромность.

– Я вообще не разговариваю… Но он, судя по возрасту, русский еще должен знать. Молодежь почти не знает. Подъезжай. Поговорим…

– Оружие приготовь… – посоветовал Мерабидзе.

– Я свои руки, когда из машины выхожу, на сиденье не оставляю… – Тамаров демонстративно переложил на заднее сиденье свой автомат.

* * *– Не думал я, что из своего окна могу когда-нибудь такой цирк увидеть… – вместо приветствия сказал чеченец, широко улыбаясь беззубым ртом.