Попаданка ректора-архивампира в Академии драконов

– Зато он очень смущает вас, – показательно вздыхаю я. – Не хочу нанести вам ещё большую моральную травму. Не расплачусь ведь потом!

– Ладно, сейчас принесу вам одежду, – встаёт Санаду и исчезает во всполохе серой дымки.

Теперь видно, что углы его дорогущего на вид кресла набиты… орехами. С горкой.

– Марк Аврелий…

Тут же с завитка лепнины под потолком выглядывает знакомая мордочка. Буквально миг нужен рыженькой молнии, чтобы добраться до меня и привычно усесться на плечо.

Не бросил Санаду его одного, орехи в своих роскошных апартаментах прятать позволяет… хороший он всё-таки. Добрый.

А я даже не расспросила, что там с этим чаем и сущностью.

***

Добрый Санаду тем временем, опершись на стол в кухне своего особняка, невидяще смотрит перед собой. Его отросшие когти медленно и неумолимо продавливают отполированное железное дерево, но Санаду этого не замечает.

В его мыслях полный и беспросветный сумбур. По телу проносятся мурашки.

Желание.

Такое простое.

Очевидное.

Обжигающее.

И «вдруг меня за это ваши поклонницы обидят» – слишком справедливое замечание Клео. Как и предостережение об отношениях с Марой Изрель: «Не иди на поводу у страсти, проверь чувства временем: наша жизнь слишком долгая, чтобы в выборе партнёра руководствоваться эмоциями». Впервые за тридцать лет Санаду действительно, всем сердцем жалеет, что он не свободен.

В отчаянном рыке Санаду обнажает клыки. Его пальцы крошат железное дерево стола в жалкие щепки. Рывок его рук – и восьмисантиметровая столешница ломается, раскалывается пополам. Обе части стола Санаду швыряет в стену, и каменные плиты разлетаются осколками вместе с частью стены.

Грохот помогает ему опомниться.

Даже не запыхавшийся Санаду смаргивает с ресниц пыль и оглядывает вмятину в стене. Заставляя острые зубы вернуть человеческую форму.

И отходит к плите. Подрагивающими пальцами вынимает из ящика ручную кофемолку, банку с кофе, турку… Эти простые действия его успокаивают.

Глава 54

Отголосок грохота отвлекает меня от изучения фантастического интерьера спальни. Всё же Санаду – тот ещё любитель комфорта и изящества. И, наверное, простора, потому что изумительно реалистичные панно визуально расширяют комнату. Как будто кто-то в поле поставил декоративные стены и поместил внутри кровать.

Хотя узорный паркет и резная мебель портят впечатление полевого выезда.

Посидев ещё немного, слезаю с кровати и укутываюсь одеялом. Нет, я не стыжусь своего вида в ночной сорочке (в клубах наряды откровеннее в разы) и не думаю, что у Санаду всё настолько печально с удовлетворением физиологических потребностей, что он набросится на студентку, но нравы тут поскромнее, не стоит никого смущать своим вольным земным поведением.