V-8: право на свободу

Ничего. Ни шорохов, ни шагов.

Осматриваюсь, ледяной ток пробивает кожу. Коробка с серыми стенами, кровать, унитаз и дверь. Точная копия моей комнаты, той, в которой я прожила все сознательные годы. Детали дополняют пазл. Цвет стен светлее, краска свежая, нетронутая временем и детскими истериками. Нет смрадного запаха канализации. Матрас слишком мягкий. Комната претендует на камеру заточения, но является только копией.

Слышу шорох за дверью. Шаги тихие, мягкие. Женские. Доверяюсь внутреннему радару и поднимаюсь с кровати. Тошнота ударяет в живот, на лбу и висках выступает холодный пот.

— Кейси, — шепчу я.

Ответа нет, но и шаги прекращаются.

— Кейси, пожалуйста… Это ты? Ответь мне.

Тишина отравляет воздух, мешая вздохнуть. Это Кейси. Знаю, что она.

— Почему ты так поступила? — продолжаю вести диалог с безмолвным оппонентом. — Чем я это заслужила? Я любила тебя, как родную. Я была готова ради тебя на все. Даже жизнью пожертвовать.

— Теперь у тебя есть такая возможность, — холодно отвечает Кейси, разбивая надежду о толстый ржавый штырь реальности.

Она больше не со мной. Все продается и покупается. Все имеет цену. И Кейси продала себя второй раз. И меня заодно.

— Что он пообещал тебе?

— То, что ты желала больше всего. Ты отняла мою мечту, я заберу твою.

— О чем ты говоришь? Я ничего… — замолкаю, задумываясь. — Дэниел? Любовь?

— Ты ведь даже не верила в это. Так почему тебе достался он? Почему не мне? Я знаю, как нужно любить. Знаю, что делать, а ты… Ты… — она задыхается в приступе ненависти.

— Любовь нельзя контролировать. Она, либо есть, либо ее нет. Я не выбирала для себя этот путь, так сложились обстоятельства. В чем ты меня обвиняешь?

— Если бы ты не кинулась тогда на смотре вперед, если бы не привлекла внимание, как всегда, своими безумными выходками… Джейк бы купил только меня, и тогда я бы стала подарком для Дэниела Росса. Я бы сейчас была на твоем месте.

Поперек горла становится валун. Он царапает кожу, мешает говорить и дышать.

— Я хотела защитить тебя, — хриплю едва слышно.

— Никто тебя об этом не просил!"

"Такое чувство, что мне ломают все кости разом. Не могу поверить, что это происходит. Я думала, что уже пережила самое страшное, что может быть в жизни, но сейчас понимаю, сутки напролет в «исправителе» не были такими ужасными, как эти пять минут с Кейси.

— Кейси, послушай, — произношу, пересиливая агонию разочарования. — Мы все еще можем выбраться. Вместе. Слышишь? Выпусти меня. Мы сбежим. И от Фишеров, и от Росса. Только вдвоем. Начнем новую жизнь. Я знаю, что тебе больно, что страшно, но пойми… Я не желаю тебе зла, никогда не желала. Пожалуйста, Кейси… Одумайся.

Секунды тянутся медленно, каждый удар сердца отзывается яростной болью. «Свобода. Свобода», — отстукивает оно единственное слово.