Уцелевший

Невеста говорит, что она не Триша.

— И не забывай шевелить губами под фонограмму, — говорит координатор.

Во втором периоде сыграно уже девять минут, а агент все еще жив и орет в телефон:

— Подстрелите его, — орет он. — Вытащите затычку или что там у него. Или дайте мне пистолет, я сам его Подстрелю, — орет он. — Главное, уберите его к чертям — дирижабль.

— Его нельзя убирать, — говорит координатор. Когда свадебная процессия выйдет со стадиона, команда дирижабля должна выбросить над автостоянкой пятнадцать тысяч фунтов риса.

— Приготовились, — говорит старший координатор. Пора на выход.

«Кольты» и «Кардиналы» уходят на перерыв. Со счетом 20:17.

Зрители на трибунах вопят, им хочется еще футбола.

Ангелочки и техники вывозят на поле алтарь и платформу со спрятанными голубями, выносят шелковые цветы и канделябры со свечами.

Корсет так сдавил мне живот, что мне кажется, будто все мои внутренности сейчас полезут наружу через горло.

Часы отсчитывают минуты до начала второй половины матча, а агент все еще жив. Я почти не могу дышать.

Мой личный тренер по фитнесу подходит ко мне и говорит:

— Вот, а то ты бледный какой-то.

Он сует мне под нос какой-то пузырек и говорит: вдохни

Зрители топают ногами, часы отсчитывают минуты, разрыв в счете минимальный, и я вдыхаю.

— Теперь другой ноздрей, — говорит тренер.

И все исчезает. Только кровь ревет у меня в ушах, и сердце колотится о проволочные ребра корсета. Кроме этого, я не воспринимаю уже ничего.

Не чувствуй зло. Не смотри на зло. Не слушай зла. Не бойся зла.

Координатор машет мне руками: мол, пора выходить на искусственную траву. Он показывает пальцем на белую линию в центре зеленого поля, потом — на людей, что стоят у свадебной платформы, уставленной белыми шелковыми цветами.

Рев крови в ушах постепенно стихает, и я слышу музыку. Я прохожу мимо координатора и выхожу на поле. Тысячи зрителей на трибунах орут благим матом. Музыка доносится словно ниоткуда. Над полем кружит дирижабль, за ним тянется длинный флаг с надписью:

Сердечные поздравления от компании «Филип Моррис».

Невеста — Лора, Триша или как там ее — выходит на поле с противоположной стороны.

Мировой судья говорит, не открывая рта:

СОГЛАСЕН ЛИ ТЫ, ТЕНДЕР БРЕНСОН, ВЗЯТЬ В ЖЕНЫ ТРИШУ КОННЕРС И БЫТЬ С НЕЙ И В ГОРЕ, И В РАДОСТИ, И ПЛОДИТЬСЯ, И РАЗМНОЖАТЬСЯ, ПОКА ПОЗВОЛЯТ ЗДОРОВЬЕ И СИЛЫ И ПОКА СМЕРТЬ НЕ РАЗЛУЧИТ ВАС?

Звук из сотни динамиков сотрясает воздух.

Не открывая рта, я говорю:

Не открывая рта, мировой судья говорит:

СОГЛАСНА ЛИ ТЫ, ТРИША КОННЕРС, ВЗЯТЬ В МУЖЬЯ ТЕНДЕРА БРЕНСОНА, ПОКА СМЕРТЬ НЕ РАЗЛУЧИТ ВАС?

И Лора шевелит губами под фонограмму:

Пока телекамеры держат крупный план наших лиц, мы изображаем обмен несуществующими кольцами.

Мы изображаем несуществующий поцелуй.