Уцелевший

Третий вопрос звучит так:

— Может быть, у Адама и Евы есть оправдание, что они съели яблоко от Древа познания добра и зла? Может быть, вечное, непреходящее счастье в Райском саду в конце концов им обоим прискучило и у них просто не было выбора?

Мы сидим в лимузине, на двух длинных сиденьях, друг напротив друга. Нас здесь шестеро или семеро.

Мой представитель по связям с общественностью говорит, что для свадьбы почти все готово. Специальный комитет уже подобрал мне невесту — хорошую девушку без определенного вероисповедания, так что все эти вопросы — это лишь так, для проформы. Комитет сидит тут же, в лимузине. Люди смешивают коктейли из напитков из мини-бара и передают их друг другу. Моя невеста — та самая девушка, которую только что взяли на должность помощника координатора. Она тоже едет с нами. В лимузине. Сидит напротив меня. Она чуть подается вперед.

Она говорит: привет. Она ни капельки не сомневается, что мы будем счастливы вместе.

Агент говорит: на свадьбе нам нужно чудо. Великое чудо.

Мой представитель по связям с общественностью говорит: величайшее.

Агент говорит, что я должен явить величайшее чудо. Чудо из чудес.

Я уже ничего не знаю. Фертилити на меня злится, мой брат по-прежнему где-то бродит на свободе, мне в кровь закачали очередную порцию лаураболина, проект «Бытие» идет полным ходом, мне уже подобрали священный сосуд — незнакомую женщину, которая станет моей женой и лишит меня девственности, и я все чаще и чаще подумываю о том, чтобы все-таки покончить с собой. В общем, мне весело.

Помощник координатора по СМИ сообщает, что у нас кончилась водка. Он тоже едет с нами. В лимузине. И белое вино тоже кончилось. Зато остался немалый запас тоника.

Все смотрят на меня.

Что бы я ни делал, как бы ни старался, им все равно хочется большего: лучше, быстрее, интереснее, грандиознее и новее. Фертилити была права.

И вот теперь агент говорит, что я должен явить величайшее чудо, что-то вообще небывалое. Он говорит:

— Ты должен выложиться весь.

И я отвечаю: аминь. Без шуток.

Меня всегда спрашивают, умею ли я обращаться с тостером.

Знаю ли я, для чего предназначена газонокосилка?

Зачем нужен бальзам для волос?

Людям не нужно, чтобы я был практичным и приземленным. Я для них — существо из Эдемского сада. Воплощенная невинность до яблока. Чистота и наивность младенца Иисуса. Меня спрашивают, знаю ли я, как работает телевизор?

Нет, я не знаю. Но и большинство людей тоже не знает.

Я и раньше-то не блистал умом, а теперь я тупею почти на глазах. Я еще не отупел окончательно, но все к этому и идет. Но было бы странно, если б я прожил во внешнем мире всю свою сознательную жизнь и не научился элементарным вещам. Я знаю, как пользоваться открывалкой для консервных банок.